Шоколадное дельце

Остальные стражи уже привыкли к тому, что Вайт в дни, когда его звено не дежурит, не возвращается ночевать в лагерь.

День пятый, 18 июня

Утро вторника ознаменовалось тем, что леди Линкольн и лорд Роквелл выехали в столицу Англии.

Усаживаясь в карету, Анжелина строго осмотрела свою свиту, состоящую из одиннадцати кавалеров Ордена Подвязки, и молча нырнула в экипаж.

Вместо Берингтона она так и не смогла найти достойного лорда, обладающего высоким титулом по праву, на котором можно было бы оттачивать свои чары.

Ландешот её откровенно недолюбливал, а последняя надежда – молодой герцог Аленбургский – был женат по любви и не собирался становиться безмолвной тенью первой красавицы Англии.

– Дитя моё, какие думы омрачают Ваше личико? – поинтересовался Роквелл, когда дверца закрылась.

– Я не люблю ездить в Лондон с неполным составом свиты, – ответила Анжелина.

Леди была, по своему обыкновению, утянута в чёрный шёлк, на голове её красовалась крохотная шляпка со страусиными перьями, из-под которой в такт движению кареты покачивались тугие красно-каштановые локоны, оттеняющие бледность щёк красавицы.

– Вы так и не знаете, куда исчез Берингтон?

– Не знаю, – выдохнула девушка.

– Почему-то мне кажется, что его нужно искать на континенте… – проговорил советник, откинувшись на обитую дорогим бархатом спинку сидений. – Скорее всего, он примкнул к нашим врагам…

– Берингтон влюблён в меня до умопомрачения, – возразила маркиза. – Он не смог выдать наших планов королю, значит, не сможет перейти на сторону врага.

– Вы говорили, что Фицалан должен был позаботиться о его будущем?

– Да, но Филипп не успел ничего сделать. Берингтон просто исчез.

– Прискорбно. Наш лучший шпион ещё никогда нас не подводил…

– Ничего, – отвернувшись к окошку, ответила Анжелина. – Я попросила его быть начеку, если встретит непокорного герцога во Франции…

Роквелл усмехнулся:

– Вы чрезвычайно предусмотрительны, дитя моё.

Первая леди обернулась и направила взгляд агатовых глаз на крёстного отца.

– Я знаю, что Филипп – это единственный мужчина при дворе, которому я могу доверять безоговорочно.

– Безоговорочно, дорогая моя, доверять нельзя никому, – философски заметил Роквелл. – Впрочем, насчёт Фицалана Вы правы – он верен нашему делу. Его ожидает хорошая награда, и от неё он не отступит ни при каких обстоятельствах.

Девушка снова отвернулась и стала смотреть на дорогу:

– Я не очень желаю быть этой наградой, крёстный.