Чужая здесь, не своя там. Том второй

– Спасибо, что позволили себя проводить, – нарочито громко произнёс эд Йеннер. Нас уже догнали Банафрит с Элодией и внучкой. – Буду с нетерпением ждать ужина.

И пока дамы не видели, подмигнул мне. Завершением картины был поцелуй руки. Быстрый, вежливый и совершенно равнодушный.

Спустя минут двадцать вернулся и Дафнер из школы. Пока Банафрит на скорую руку готовила ужин, мы расположились в гостиной.

А после мне устроили допрос. Ну а что я могла ответить? Сами меня втянули и сами удивлялись неожиданному результату.

– Вы что же, знали кто будет торговаться на аукционе? – Решилась я на нападение.

– Эд Астел встретил меня вчера по дороге в школу, – вдруг начал говорить Данфер. – Спросил будешь ли ты на ярмарке и про аукцион…

– И ты рассказал это не мне, а Банафрит.

– Так получилось, – пожал он плечами.

Мне хотелось много чего высказать, но я промолчала.

– А мастер Джетмир вполне себе хороший вариант, – как бы невзначай протянула Банафрит.

– Это вы себе или мне говорите? – спросила я у дам, которые переглядывались между собой.

– Всем, – лучезарно улыбнулась Элодия. – Вот только роста не хватает ему немного.

– Пусть лучше у мужчины не хватает роста, чем мозгов, – буркнула я.

Элодия прыснула, Банафрит сдержанно хохотнула, а вот Данфер даже подавился.

– Кушай, кушай, – я прохлопала его по спине. – А то не вырастешь.

Глава 5

На следующий день помощник мастера, которого, как оказалось, звали Понтер, встретил меня на крыльце.

– У нас тут есть второй ход. Мастер просил через него вас провести.

Пришлось обходить здание. Неприметная дверь вела в узкий коридорчик, упирающийся в лестницу.

– В следующий раз так и заходите.

– Как же эд Йеннер выставил разрешение на пропуск меня? – Не удержалась я от вопроса. Все-таки для этого нужно личное присутствие объекта, которого охранка должна пропускать.

– На то он и мастер, – пожал плечами Понтер.

Я приступила к работе.

Ни на минуту не пожалела, что выбила себе этот шанс.

Просто у меня ничего не получалось. Ни заклинание, ни хоть какое-то подобие украшения. Сначала я держалась на упрямстве. Потом на злости: на себя, на мастера, на все на свете. Наверно, именно злость и придала мне силы сделать хоть что-то. Злость разрушает, не созидает. Однако именно благодаря ей, сцепив зубы, я продолжала работать. Эд Йеннер не надоедал мне своим вниманием: заглянул пару раз, спросил все ли в порядке.