Чужая здесь, не своя там. Том второй

– Компенсация, говорите… А могу я попросить об еще одной?

Наместник благосклонно кивнул.

– Вы можете попросить, – я выделила это слово, – мастера Джетмира, чтобы он взял меня в ученики?

Бывший опекун нахмурился, разом сбросив все благодушие. Он одарил меня уже не особо добрым взглядом вкупе с каплей изумления.

– Вот не дает тебе покоя магия. Зачем тебе это?

Я не отвечала. Он не поймет меня – мужчина, всегда имевший свободный доступ к своему дару, получивший отличное магическое образование.

– Видишь ли в чем дело… Эд Джетмир не простой человек.

Он талантливый мастер-артефактор, добившийся немалых успехов на своем поприще и благодаря этому он обладает и некоторыми привилегиями. М-м-м… на него сложно давить…

– Я прошу всего лишь о просьбе, – заметила я.

– Просьба такова, что просто так согласия не добиться. Думаешь почему он согласился помочь нам на границе? Деньги, какие-то уступки, привилегии? У него всего этого и без того хватает. Обычный интерес. Проверка своих возможностей.

Ему было интересно, нет, даже важно узнать, сможет ли он справиться. Смог.

– Думаете, я его не заинтересую… – Заключила я.

– Скорее всего нет. Прости, но твои данные слишком скудны, чтобы работать с мастером. Поэтому просить смысла нет, а воздействовать на него не получится.

– За ним кто-то стоит, кто выше вас? – догадалась я.

– Молодец, догадалась. Зачем тебе этот мастер? Может попробуешь поступить в Университет?

– Я подумаю.

– Если что, обращайся. Котелок пройти помочь не смогу, но с остальным – пожалуйста.

Вот из-за котелка я и не могла туда даже пробовать поступать. Вдруг направит на провидческий? Тогда все, конец спокойной жизни. Хотя, какая там спокойная… Но зачем усугублять?

– А может попробовать найти другого учителя, если так хочешь заниматься? Что ты в этого уцепилась?

– Других в Геделриме я не знаю. Да и этот самый лучший, вы же знаете.

Вот только какой в этом толк? Силы у меня мало, мастерства нет и не факт, что появится. Но я хочу ещё раз попробовать.

***

В этот раз ни одного осуждающего взгляда не было, когда я пришла на кладбище с белыми розами. А вот эдель Фордис и Диль не стали отходить от традиций.

В гранитной вазе у надгробия уже стояли те же белые розы.

– Каждую неделю приносят, – сказала Диль, кивнув на них.

От кого были цветы, я могла бы понять, только взглянув на блондинку. Её руки чуть дрожали, когда она ставила свои цветы в вазу, предварительно заменив в ней воду.