Чужая здесь, не своя там. Том первый

Посчитав, что это не особо прилично, я уже сама схватила парня за руку и произнесла:

– Тише ты! Зевак только ловить не надо.

Рон улыбнулся, довольный тем, что смог привлечь мое внимание, и продолжил уже тихим голосом:

– Асти, прости. Я виноват. Не так выразился и обидел тебя. Мне сложно понять как Руна, так и тебя. Однако я пытаюсь это делать. И я обещаю, что Рун не причинит тебе вреда. – Я удивленно на него посмотрела. Неужели Рону стали известны те угрозы? – Он попросту не способен на это.

Да и вообще, я уверен, что как только он узнает, что ты за человек, Рун поймет, что злиться на тебя нет смысла. Я с ним обязательно поговорю. Ему нужно время.

– Десять лет – недостаточный срок? – спросила я, пытаясь за раздражением скрыть растерянность.

– Все это время дома он бывал не слишком часто. Учеба, работа, – уточнил Рон. И на все-то у него находятся объяснения. – Сейчас самое время.

– А ты откуда знаешь, что я за человек? – поинтересовалась я.

Меня все же несколько удивила та его фраза.

– Как думаешь, кому посвящалась половина каждого письма Рини? – и Рон подмигнул мне.

Я вновь впала в ступор. Вот же! Даже слов нет! И зачем ей это надо было?

Рон рассмеялся и, слегка сжав мое предплечье, повел меня дальше.

Домой мы прибыли только к ужину. Все ждали только нас, при этом встречали с такими лицами, как будто нас уже можно было поздравить со скорой свадьбой.

– Как прогулка? – первой успела спросить Диль.

– Замечательно, – широко ей улыбнувшись, ответил Рон, и мы наконец пошли к столу.

Я жутко проголодалась, а насладиться едой мне не давали Рини и Иса, севшие по обе стороны от меня.

– А где вы гуляли?

– Вы просто гуляли?

– О чем разговаривали?

– Почему вы вообще решили погулять отдельно от всех?

Я набила рот едой, чтобы не было соблазна сказать какую-нибудь гадость.

Рона, видно, теми же вопросами с крайне недовольным видом закидывал Рун.

Чета Ровенийских, напротив, была чрезвычайно довольна. В особенности матушка Фордис, и это несмотря на то, что я и Рон опоздали к ужину и все были вынуждены нас ждать. Вероятно, в данном случае она решила поступиться приличиями.

Подозревая, что меня будет ждать самый настоящий допрос, я сбежала после ужина. В прямом смысле этого слова: бегом отправилась к себе в комнату и заперлась там.

Все мои мысли занимали совсем другие думы.