Вероника: проект «Горгона»

– За последние недели тебе являлась Врана?

– Нет.

– Это значит, все пропало?!

– Мне являлись другие… Странные личности. Они не люди. Один из них приходил и до Враны.

– Продолжай! – заинтересованно произносит он.

– Они называют себя братьями. Один, Наставник, его я видела чаще. – Слабость мешает ей говорить, но она не сдается. – Он чем-то похож на Христа, только без бороды. У него длинные русые волосы, сам высокий. Одет по-современному, в плаще какого-то землистого цвета. Его брат почти точная его копия, только у него черные волосы, глаза и одежда.

– Христос и Антихрист? – удивляется мужчина.

– Нет, никто из них не Христос и не Антихрист. Они сами по себе. И всегда заодно, хоть и создают впечатление противоположностей.

– Это о ком-то из них ты говорила, что есть другой, немилосердный Бог?

– И о них тоже. Я сомневалась, рассказывать о них или нет, но Наставник сказал, что это ничего не изменит. Я не знаю, что он этим хотел сказать.

– Что значит сомневалась?! У нас с тобой уговор! – Он нежно берет ее руку и, погладив, целует.

 – Выздоравливай скорее. Нам надо еще столько всего сделать. И не думай о том, чтобы догнать ту программу. С твоими способностями не стоит беспокоиться об экзаменах. До встречи, Вера Мейер!

– До встречи!

Мужчина оставляет ее одну. Спустя час появляется врач, осматривает ее, интересуется самочувствием. Убедившись, что состояние девушки улучшается, он уходит. Теперь вокруг нее начинается суета: из соседней комнаты доносятся разные голоса, в палату то и дело заходят то медработники, то военные.

Вот снова появляется врач. Он прижимает к лицу Вероники смоченную эфиром марлю. Она, несмотря на слабость, пытается сопротивляться, но все происходит очень быстро.

Приходит в себя девушка уже в обычной больничной палате. Снова дежурившая у ее кровати медсестра подскакивает с места и выбегает за врачом.

– Сообщите господину Мейеру, что она переведена в обычную палату и посещение разрешено, – обращается доктор к медсестре.

 – Вероника, мы только что перевели вас из палаты интенсивной терапии в обычную. Ваше состояние улучшилось, и вам разрешены теперь встречи с посетителями.

– А что в палате интенсивной терапии делали военные, и почему меня посещали, когда это было запрещено? – зло произносит девушка, не простив врачу ее усыпления эфиром.

– Вам это приснилось, и в ваших интересах забыть об этом сне.