Крамола

Отец Великого Царя, Великий Царь Эун Неарх, да пребудет его мудрость с нами вечно, благословил его этой должностью в награду за верную…

– Я бы на его выбор в этом вопросе не слишком полагалась, – прерывает Имио холодный женский голос.

Этот голос чуть хриплый, властный и ледяной, как дождь из осколков. Я никогда не слышал его раньше, но готов поклясться, что он принадлежит Вдовствующей Царице Зие.

Раздается тихий детский смех. Это еще откуда? Или мне послышалось?

– Я навел справки, – как ни в чем ни бывало продолжает Имио, – Ваарг очень талантливый молодой человек, его послужной список безупречен.

– А что скажет нам сам Ваарг? – третий голос, тихий, спокойный, почти ласковый. – Поднимись.

Я наконец-то поднимаю голову и вижу их всех. В центре на самом большом золотом троне сидит наш новый Царь Атиарн Ракс, сын Царя Эуна Неарха. Ему двадцать пять, он всего на год старше меня. Он сидит ровно, руки лежат на подлокотниках, к трону прислонена черная металлическая трость. Он одет в серый костюм, и я не вижу на нем следов белого траурного цвета.

Атиарн смотрит в пустоту у меня за спиной, его лицо лишено выражения, только на губах играет легкая улыбка. Сложно сказать, красив он или нет, потому что весь его облик искажен этой отрешенной направленностью внутрь себя. Атиарн слеп. Он слеп от рождения, слеп безнадежно, и ни одна сила не может этого исправить. Какой-то страшный генетический дефект, при котором не поможет ни один врач или инженер. Атиарн не видит даже очертаний предметов, он видит только тьму с самого рождения. Трость, стоящая у его трона, это трость слепца.

По правую руку от него стоит Царица-вдова Зиа. Она все еще одета в траурный белый, с побеленным лицом. На одну ступень ниже стоит Имио, еще ниже – Арииль, неловко переминающаяся с ноги на ногу.

По левую руку от Царя трон его Царицы. Я с замиранием сердца перевожу на нее взгляд, и вдруг понимаю, что она смотрит прямо на меня. Раах. Прекрасная Раах, как ее называют придворные поэты. Что ж, вопреки обыкновению они не преувеличивают.

Тонкая, с невероятной фарфоровой кожей, скульптурными чертами лица и пронзительными синими глазами. На ней простое синее платье, перетянутое под грудью золотым поясом. Длинные черные волосы волнами спадают на плечи. На коленях у нее сидит девочка трех лет, Царевна Мериит, первый и пока единственный ребенок Царя.

– Раах, ты смущаешь нашего гостя, – тихо произносит Царь.

Я вздрагиваю, Раах улыбается, наклоняется к дочери и что-то шепчет ей на ухо.