Девушка, которая упала в море

Звук доносился откуда-то слева от меня, внизу лестницы, а начинался, похоже, обратно в лабиринте улиц.

Мой старший брат Сон считает, что все звуки ветра звучат одинаково, но мне кажется, ему просто не хватает терпения, чтобы слушать. Например, звук удара бронзовых безделушек о ракушки отличается от постукивания оловом по медным колокольчикам. У ветра тоже разная степень темперамента: когда он злится, то колокола издают резкий пронзительный звук, а когда радуется, то можно услышать, как звонкие колокольчики кружатся в счастливом танце.

Но этот звук другой. Он низкий. Меланхоличный.

Я продолжила спускаться по лестнице, когда заметила, что лента больше не сопротивлялась, напротив, она увеличивалась в длину, увиваясь за мной.

В ушах раздался голос моей бабушки. Мина, в мире духов существуют свои правила. Тщательнее выбирай, какие из них нарушить. Этот город окутан туманом неспроста, на все есть свои причины. Так и есть причина, по которой я могла путешествовать по этому миру только при помощи ленты судьбы.

Но звон колоколов был совсем близко, и, по правде говоря, думаю, я уже слышала его где-то раньше.

Звук привел меня к дверям небольшого магазинчика на бульваре. Отодвинув грубую занавеску, я вошла внутрь, и у меня захватило дух от чудесного зрелища, которое предстало моему взору. Магазин был заполнен сотнями колокольчиков: они украшали стены и свисали с потолка, подобно падающим слезам. Некоторые колокольчики круглые и маленькие, какие-то сделаны из ракушек, желудей и оловянных звезд, были также и большие водопады, связанные многочисленными золотыми колокольчиками.

Однако, как и в густом белом тумане, в магазине совсем не было ветра.

Но я могла поклясться, что слышала звук. Мой взгляд был направлен на дальнюю стену, где в самом центре в щели виднелся единственный источник музыки ветра. На тонкую бамбуковую веревку нанизаны звезда, луна и медный колокольчик – простая конструкция музыки ветра.

Я сразу же узнала ее.

Когда-то я вырезала звезду из куска коряги, а луну из красивой ракушки, которую нашла на пляже.

Колокольчик я купила у торговца-путешественника; помню, как приставала к нему, звоня в каждый колокол, один за другим, закрепленный на его тележке, – я не могла успокоиться до тех пор, пока не нашла свой идеальный звук.

У меня ушла целая неделя на то, чтобы сделать конструкцию музыки ветра, я хотела повесить ее над колыбельной своей племянницы, дабы она смогла услышать ветер.

Но она родилась слишком рано.