Академия древнего лабиринта

– Бабушка, что? Думаешь, я должна сбежать?

– Куда же ты убежишь из нашей Долины, внученька? У нас же все всех знают. А повелитель, он же колдун, он же каждого человека видит колдовскими глазами своими. Выбрал-то он тебя не за красоту. Хоть и не уродина ты, моя лапушка, но Рынька, мельникова дочка, куда как краше тебя будет. Да нет у неё той силы, что у тебя есть.

– Бабушка, ты хочешь сказать, что Рынька не невинна?!

– Не знаю я про то, не бегаю я со свечками за Рынькой. Но точно знаю, что невинность девицы обязательна: и у Исинги моей о том справлялись, и, сама знаешь, тебя о том же спрашивали.

А знаешь, внученька, в этом может быть твоё спасение.

– Сказать, что я не невинна?

– Нет, девочка моя. Невинности той лишиться, да так, чтобы повелитель ещё до свадьбы об этом прознал.

– Бабушка, – голос Ясианы дрогнул, – но это же позор на всю жизнь!

– Ты что такое говоришь, старая ведьма! – в комнату вошёл отец Ясианы.

В последнее время Ядрет Рутенга не утруждал себя работами в поле – не дело будущему тестю самого повелителя Долины с землёй да скотиной возиться, для этого бедноты полно, которая за плату управится с его богатым хозяйством.

А Ядрет лучше лишний раз расскажет своим многочисленным, особенно в последнее время, друзьям, о том, какой он теперь богатей. Ну, и угостит их всех заодно в кабачке Пайтеса Ладынги, как же без этого, чай, не жмот он какой, как некоторые. При этих его словах все собутыльники дружно кивали головами и косились в сторону добротного дома Хвайна Пирета, который с утра до ночи работал в поле со своими многочисленными сыновьями и никогда ни одной чарочки никому не поставил.

– Папа? Ты уже вернулся? – Ясинка кинулась помочь изрядно шатающемуся отцу добраться до лавки.

– Вернулся. Вернулся я, доченька. И что я слышу? Вы с твоей полоумной бабкой по миру пустить меня собрались?! Хочешь, чтобы семья твоя на улице, в нищете жила? Старая дура плетёт тебе чушь, а ты счастье своё и богатство папкино на её россказни променять хочешь?! – говоря так, Ядрет намотал на кулак длинную косу дочери и с силой стал пригибать её голову к полу.

– Папа, мне больно! – закричала девушка.

– Ядри, что же ты делаешь, покалечишь девочку! – бабка Нирса поспешила на помощь внучке.

– Удумали чего! Денег меня лишить захотели?! А может, и жизни самой?! Что скажет повелитель, когда узнает, что ему девку порченную подсунули?!

Ядрет с силой ударил мать по лицу, та отлетела в угол, ударившись головой об лавку.