Брак по расчету

Тем не менее, сердечко радостно ёкнуло, когда поверх суетливых голов пассажиров и провожающих замелькала знакомая короткостриженая макушка. Эвард подошёл, держа в руке скромный букетик подснежников.

– Символ надежды, – прошептала Ева, пряча в букетик виноватые глаза. – Где ты их нашёл, дорогой?

Эвард молчал. Леди Изольда и Аурания тихонько отошли в сторону.

– Ева. Ты же увозишь с собой моё сердце, Ева!

– Любимый, всего год, и я вернусь. Разберусь в себе и обязательно вернусь.

– Через месяц я навещу тебя, – решительно пообещал он.

– Для чего?

– Зачем спрашиваешь, любимая, ты же всё понимаешь.

Раздался последний сигнал к отправлению. Попутчики занимали свои места, а Эвард всё не мог отпустить невесту. Их последний поцелуй длился и длился. Кондуктор нетерпеливо переминался возле открытых дверей, ожидая, когда госпожа изволит проститься со своим красавчиком, и облегчённо вздохнул, когда Ева всё же подошла к мобилю, чтобы занять своё место.

– Эту сумку можно разместить в багажном отделении, – немного покровительственно посоветовал он, кивая на вместительный баул, который сунула Еве в руки Аурания в последний момент.

– Благодарю, но ему там будет неудобно, – ответила девушка и прошла на своё место, поставив сумку на диванчик рядом с собой.

Скоростной мобиль тронулся. Остались позади любимые лица, шумная отправная платформа, плавно ускользали назад знакомые и не очень улицы столицы.

По городу ехали на механической тяге. При выезде на трассу водитель переключал двигатель, и скорость движения мобиля увеличивалась многократно. Длительное путешествие, на которое раньше уходило несколько недель, а то и месяцев, теперь занимало чуть больше суток.

Справившись с эмоциями, Ева подняла глаза на свою соседку по двухместному купе. Крупная основательная женщина за сорок, она уже доставала из корзинки какую-то снедь.

– Отправляет с глаз подальше? – понятливо спросила она.

 – Все-е они такие, сначала любовь и розочки, а потом дешёвенькие подснежники и: "Наш ребёнок должен родиться подальше от этих гадких сплетниц, дорогая!"

– Вы тоже едете в глушь, чтобы тайно родить ребёнка? – наивно раскрыла глаза Ева.

Клуша напротив подавилась ломтем колбасы, который она сунула в рот до этого. Девушка от души побила её по спине.

– Ничего, ничего, – приговаривала она, – всё наладится.