Элегия забытых богов

Летта припустила что есть мочи, как будто не она совсем недавно поранила колени и осталась почти без сил.

***

Окна замка сияли праздничными огнями. Веселятся господа. А господский сын, один из тех, кто завтра должен был пойти в Долину предков, доживает последние часы.

Спать. Можно спокойно пойти спать, в бельевой уже точно к этому времени никого нет, чего там работницам в потёмках делать.

Олетта постояла у двери во владения прачек, успела порадоваться, что там тихо, и развернулась. Подошла к разряженному лакею, замершему у входа в коридор, ведущий в господскую часть замка, и буркнула:

– Скажи господам, что их младший сын в лесу.

Ранен.

Всё, можно спокойно уходить и ложиться спать, её совесть чиста.

Олетта даже не успела дойти до бельевой, как её нагнал один из стражников и куда-то потащил. В другой раз она обязательно бы рассмотрела богатое убранство коридоров, которыми её вели. Да тут даже зеркала есть! Вот бы остановиться да заглянуть хотя бы в одно. Куда там, совсем не для того, чтобы любоваться в зеркалах, тащили дворовую девчонку в господские комнаты.

Вот знала же, что нужно молчать, а теперь ничего хорошего и ждать не стоит.

– Где он? – тэйн граф лично удостоил Олетту высокой чести. – Где мой сын?!

Как же в туалет захотелось. Вспомнился дурачок Ловс. Может, сделать лужу? Здесь и сейчас верилось, что от страха это можно очень даже запросто. Даже язык шевелиться отказывается. Стражник толкнул пойманную жертву в шею, отчего девочка пролетела вперёд и упала на четвереньки.

Слегка подсохшие ранки на ладонях опять принялись кровоточить, пачкая богатый хозяйский ковёр. Теперь точно пришибут.

Его светлость подскочил к Олетте, склонился, протянул руку. Какие же у него кулачищи. Здесь сжимайся, не сжимайся, ничего не поможет. И без магии убьёт. Не ударил.

– Где мой сын? Говори!

– В-в-в л-лесу, – это всё, что удалось выдавить.

– Сильно ранен?

– Н-не знаю.

– Вели приготовить коня, – это тэйн граф приказал уже стражнику.

 – Покажешь дорогу, – а это, можно не сомневаться, было сказано Олетте.

Да чтобы она хоть ещё раз связалась с господами! Нет, если выживет, то на господские территории ни ногой. Ни на плац, ни даже в парк. Спрячется на кухне и днями и ночами там будет пропадать, лучше уж Тощая Ингра, чем господа.

Брезгливо поморщившись, его светлость схватил Олетту за ворот и потащил к выходу. Здоровенный вороной жеребец уже стоял под седлом.