Небо в подарок

Она обнялась с баронессой, произнесла несколько слов утешения самой миледи и отдельно пожалела «бедную сиротку», восхитилась добротой «милой Раины», что не позволила пропасть на улице прелестному цветку, и всё это мадам совершала, одновременно развивая кипучую деятельность. Пришедшие с ней работницы почти насильно раздели опешившую девушку до нижней рубахи и принялись обмерять её, громко выкрикивая какие-то числа и, не стесняясь, обсуждая фигуру, подвергшуюся столь жестокой экзекуции.

– Грудь маловата, придётся добавлять вставочки…

– Зато линия талия-бёдра почти совершенна, девочке должно быть удобно в нынешнем корсете…

– Рукав – пятнадцать на три семьдесят…

– Нога – восемьдесят пять…

– Спинка чистая, можно открывать…

– Нет, не будем добавлять вкладыши, сейчас всё больше появляется ценителей худосочных…

– Можно сделать и так, и так…

Уже через полчаса этого шума у Сатуры разболелась голова.

Она терпела из последних сил, бросая отчаянные взгляды на тётушку, с упоением перебирающую куски материи вместе с главной портнихой.

– А я говорю, что красный великолепно подойдёт к её золотистым волосам, – уверяла баронесса, прикладывая к себе отрез винно-красного шёлка.

– Дорогая Раина, это ты в нём смотришься великолепно, – мадам не скупилась на комплименты, – у меня в набросках есть отличный фасон, который подойдёт именно тебе и этой ткани, а невинной девушке требуется что-то лёгкое, воздушное. Розовое! Да, непременно розовое! И вот этот лавандовый батист для утренних выходов, и эта голубая органза.

А вот это подойдёт для вечернего халатика, – портниха вытащила из коробки что-то воздушно-невесомое.

– О, я тоже хочу!

– Сошьём для вас обеих, – благодушно махнула рукой мастерица. – Не думаю, что вы будете появляться в этих вещах перед одним и тем же… – здесь она, уловив предостерегающий взгляд хозяйки всего этого организованного сумасшествия, оборвала фразу. – Хотя, о чём это я? Сошью, и всё, а дальше уж как знаете!

Постепенно звуки, наполняющие комнату, стали меркнуть, и Сатура поняла, что опять может потерять сознание.

– Раина! Раина! Пожалуйста, услышь меня, – почти простонала она.

– Деточка моя, что случилось? – тётушка отложила в сторону ярко-зелёную атласную ленту.

– Раина, пожалуйста, не нужно!

– Что не нужно, дорогая? Ты не думай, мне совершенно не жаль тех денег, что придётся заплатить за эту красоту, – и она нежно провела рукой по отрезу бархата, который лежал на одном из кресел.