Сила противодействия

Но, вместо того, чтобы впасть в столь желанное забытье, Полина увидела, как с потолка на неё и находящуюся рядом Дарну, всё так же рыдающую над чёрным пеплом, летит камень. Камень был настолько огромным, что, наверняка, придавил бы их обеих. Сугубо рациональный мозг отказывался верить в происходящее, но инстинкты тела сработали раньше, и девушка, защищаясь от несущейся глыбы, выставила руки, и обломок, не долетев до них, сменил траекторию полёта.

Именно этот жест Полины подвиг к действию девушку-Разум, замершую в дверном проёме.

Она подбежала к лежащей на холодном полу товарке по жуткому спектаклю, схватила её за мокрую от крови руку и потянула к выходу. Они уже выбежали за дверь, когда Полина резко затормозила и выдернула скользкую ладошку из захвата. Пусть это всё было не настоящее, но даже в горячечном бреду она не может позволить оставшимся погибнуть под каменными обломками.

– Мы должны забрать Жизнь и Тьму!

– Зачем они тебе нужны! Ни та, ни другая не хотят жить!

– Разберёмся! – крикнула Полина и вернулась.

Треск в помещении усиливался. И, похоже, ни одна, ни другая из оставшихся девушек не собирались покидать его. Полина подбежала к неподвижной Жизни, схватила её на руки, задав себе мысленный вопрос, а можно ли беременной поднимать тяжести, если поднимаешь их лишь в воображении горячечного бреда, и побежала к выходу. Вручила лёгкую, как пёрышко девочку, нетерпеливо ожидающей Разуму и вернулась за Тьмой-Дарной.

– Идём! – постаравшись вложить в слово всю силу своего убеждения, приказала Полина, ухватила на удивление покорную поклонницу безумного Торенгара за руку и выбежала с нею за дверь.

За спиной с усиливающимся грохотом падали камни.

***

Остановились они только у подножия скалистого холма, на котором совсем недавно возвышалась каменная башня. Да, именно так. Не дом, как думала Полина ранее, а настоящая башня, сложенная из чёрных глыб. Кроме того, что страстно хотелось вынырнуть из этих фантасмагорических видений, почти так же сильно хотелось упасть на траву.

И ещё помыться. Всё тело было в крови и пыли. Мало того, что измазалась в собственной крови, так ещё и из Торенгара вылилось немало. Ну, и одеться не помешало бы. Ведь даже то жалкое тряпьё, что было на ней, осталось лежать под развалинами.

– Ну, повеселились, и хватит. Я, пожалуй, пойду, – сообщила бледная Смерть, отходя, – Сосуд, – Полина поняла, что обращаются к ней, – я у тебя в долгу.