Африка

Может он и сам не знал, что произошло?

«Почему мы должны сражаться на вашей стороне? Мы не воины» – наконец я сформировала мысль, которая была достаточно четкой.

«Чтобы вернуться домой. Второй раз открыть дорогу будет гораздо труднее, но ради героев, которые освободят нас от захватчиков, мы готовы на многое»

Я снова заглянула в голову к слону. И второй раз у меня получилось лучше. Во-первых, то, что я почувствовала в первый раз, было не смятением, а испугом. У моего нового товарища дрожали все поджилки.

Но непонятно от чего, он не боялся меня или людей в принципе, но при этом страх был напрямую связан с нами. Что бы это могло значить? А во-вторых, он врал. Я уловила скользкую, как слизняк мысль. Она звучала как-то так «разберусь потом», но относилась к сказанному. Я сначала хотела заявить «Ты врешь», но тут же передумала. Похоже, этот слон крупно облажался. И судя по всему, именно от нас, людей, зависит, насколько сильно ему влетит.

«Я сама не могу принимать такие решения, нам, знаешь ли, вождь для этого нужен.

Но потенциально я «за», конечно… Всегда хотела носорога на дуэль вызвать»

Элеозир захлопал ушами и поднялся на ноги. Кажется, он принял мой сарказм за чистую монету.

«Пойдем»

Мы вышли через огромный проем в яме, который находился прямо за спиной. А я-то думала, что меня держат взаперти. Оказывается, тут и дверей-то нет. Мы вышли в огромный земляной коридор. Вместо потолка так же были какие-то странные перекрытия, мне казалось, что это в несколько слоев набросанные пальмовые ветви.

Вдоль правой стены, на большом расстоянии друг от друга висели факелы и скудно освещали нам дорогу.

«Мы идем за твоим Фаросом. И другими. Надеюсь, что они так же сделали правильный выбор»

Глава 3

Элеозир шел по коридору слева, а я ближе к факелам. Но он лучше знал это место, поэтому мы почти одновременно заметили в проеме между факелами движение.

– Вау! Да я Рей Хино! Пуф! – я узнала голос дочери.

И в это же мгновенье из проема вылетел столп пламени. – Ой! Извини! Я не хотела! – и дальше звуки, как Юля дует кому-то на обожжённое место.

– Юля, что тут происходит? – спросила я строгим материнским тоном, стоило завернуть в проем.

Дочку было не узнать – ее бежевая футболка вся измазалась в грязи и местами обуглилась, парусиновые штаны с накладными карманами оборваны по колена, сама босоногая, волосы растрепаны, а глаза горят шизоидным пламенем.