Африка

Ведь ехали мы только по дороге, которая осталась единственным ориентиром. Солнце тоже скрылось за облаками и туманом и стало невозможно определить , где юг, а где север.

Я глянула в окно и мне показалось, что я увидела того самого слона, но в броне, на голове его красовался литой шлем, закрывающий лоб, переносицу и хобот до середины. Шлем был украшен каким-то орнаментом или рисунком. Он махал ушами, топал ногами и трубил хоботом. Все его тело тоже покрывала броня, но я не успела разглядеть, он скрылся в тумане, как призрак.

Света остановилась через час бешеной езды.

Вокруг все так же буйствовал туман, не было видно ни животных, ни птиц, ни людей.

Мы вышли из машины и Саша, как самопровозглашенный лидер нашей группы скомандовал:

– Время паниковать!

Тут же заныла Юля:

– Мама, мне страшно! Мама, а что случилось?

Под ее нытье и общий гомон все высыпали из машины. Пахло сыростью, на улице было холодно, не больше десяти градусов.

Я почти никого не слышала, только бесконечный поток вопросов Юли отражался эхом в моей голове.

Сначала все мы достали телефоны. Связи не было ни у кого. Не сработал и стандартный вызов 112. Не действовал компас в телефоне и реальный – из рюкзака Гугла.

Все начали разбредаться.

Мои коленки как будто заполнили ватой, а икры изнутри стали колоть тысячи иголок. Верный признак, что я паникую. Последний раз такое со мной было перед экзаменом, курсе на втором или даже первом. Потом иммунитет выработался.

– Мама, мы потерялись?

Игнорировать дочь дальше было просто невозможно.

Поток ее вопросов не иссякал, а голос все больше становился похожим на писк. К моему внутреннему облегчению, она хотя бы не плакала. Но я не знала, что ей ответить. Мы уже полчаса бродили по округе. Под ногами были странные растения, похожие на траву, но листья более толстые и под подошвами почти не прогибаются. По ним мы ходили как по мягким камням.

– Думаю, что да, мы немного заблудились.

Я старалась не отходить далеко от машины, чтобы не терять ее из виду, но так нельзя было уйти далеко из-за тумана.

После десяти минут "на панику" мы снова собрались у машины. Начали галдеть. Кто-то пугался больше, кто-то меньше. И не просите меня сейчас точно вспомнить, кто был чуть большим ссыклом, а кто демонстрировал железные яйца. Я забыла. Помню только звон Юлиного голоса в моих ушах "мама, мама, мама".

Я тогда предложила беречь бензин и зарядить от машины пауэрбанки, может получится поймать сеть.