Остатки разума

 – Хочешь я всё отменю, только не расстраивайся, не плачь.

– Нет, Ванечка, ты что?! – я резко подняла голову. – Не надо, я в порядке, правда. Просто не могу поверить, что скоро этот кошмар может закончиться.

Я ведь и до этого замечала странные взгляды отчима, его, якобы, случайные прикосновения, когда он, например, помогая сесть в машину, как бы невзначай, похлопывал меня по мягкому месту. Или, возвращаясь домой с работы, он, показывая, как рад нас всех видеть, обнимал сначала мать, потом Ваньку, ну и меня, конечно, ему нужно было потискать прям с особым усердием.

Я ненавидела такие его замашки и старалась по возможности избегать этих моментов. Первым делом перестала ездить с ним в школу. Он работал в такси и довозил нас с братом по утрам. Я стала добираться с соседом Лёнькой. Мы учились в одном классе и с детства дружили. Фееричных возращений отчима домой я так же старалась избегать, ссылаясь на неотложные дела. У меня получалось до того самого момента. Но я и представить не могла насколько ужасно всё может быть. Я попыталась рассказать матери, но она поверила не мне, а ему. «Да с самого начала было понятно, что детям твоим я не по душе. Но выдумать такое?! Ты конечно извини меня, Тамара, но это переходит все границы». И Тамара бросилась утешать «обиженного» мужа.

Мне поверил Ванька. Он снова оказался на моей стороне и старался помочь мне наладить жизнь и максимально обезопасить меня. На всё лето в тот год я уехала в деревню к своей любимой бабуле. Ванька поставил прям банковский замок на дверь в мою комнату.

Он старался не оставлять меня дома одну. Наша жизнь теперь напоминала фильм про шпионов. Мы старались сделать всё, чтобы свести встречи с отчимом к минимуму. Ко всему прочему из деревни я привезла с собой Кактуса. Ещё щенком я нашла его в зарослях репейника, когда в очередной раз гостила у бабушки. Он весь с головы до ног был в колючках, испуганный и голодный. Кличку моему найдёнышу даже придумывать не пришлось. С какой стороны не глянь – вылитый Кактус. Всё лето я его выхаживала. Со временем Кактус вырос и стал мне надёжным другом. Это была помесь лабрадора с кем-то ещё, возможно, с овчаркой, насколько я могла судить своим неопытным взглядом. Шерсть его песочного цвета в лучах солнца казалась золотистой. Кактус был красивой, доброй и благодарной собакой. Отчима он невзлюбил с первой секунды. Не зря же говорят, что плохого человека собаки чувствуют. Тарас, в свою очередь, побаивался Кактуса.