Два

Многим после распада СССР пришлось в России туго: где-то ходили на забастовки, где-то даже голодали, повсеместно закрывались заводы, не выплачивались зарплаты. Нефтяной Мегион жил более-менее тихо. Конечно, зарплата школьного учителя стала смешной – если бы не муж… Впрочем, Виталик звезд с неба не хватал: обычный водитель автобуса на пригородном маршруте в Нижневартовск, даже не таксист. Тем не менее Виталий Иванович «крутился», работал по выходным и приносил в семью хоть какие-то деньги.

Всё бы ничего, да год от года наводнялись улицы Мегиона норковыми мехами: времена изменились – теперь, имелись бы деньги, и любая шуба твоя.

Денег у Галины Григорьевны не было, но их вроде как не было и у учительницы биологии, Татьяны Ивановны, однако муж «биологички» поднапрягся и купил жене норковую шубу (путь и из кусочков!). Затем Карине, молоденькой учительнице рисования с грошовой заплатой, жених подарил норковой манто длиной до пят – именно о такой шубе мечтала Галина Григорьевна. А когда уборщица, тетя Паша, пришла в норковом полушубке и, сверкая золотыми зубами, сообщила, что это подарок сына, нефтяника-вахтовика, Галина Григорьевна не выдержала – стала уж не просить, но требовать шубу у своего мужа.

Он, мерзавец, клятвенно да раз десять, не меньше, пообещал ей, а далее как-то пришел нетрезвым с работы, в воскресенье, и вывалил перед Галиной Григорьевной полушубок из искусственного, бело-черного леопарда! Он думал, что это смешно!

Галина Григорьевна плохо помнила, что она тогда в истерике кричала.

Очнулась, когда муж ушел, хлопнув дверью. В дверях зала ревела их восьмилетняя Машка…

В начале девяносто пятого года приключился развод. И нет, не шуба перечеркнула десять лет семейной жизни, – это он, Виталий Иванович, надругался над душой жены! Кто не понимает смертельной обиды Галины Григорьевы – тот просто никогда ни о чем не мечтал по-настоящему страстно! Мечта о норковой шубе появилась у нее задолго до Виталия Ивановича, прошла с ней убогую юность, полуголодное студенчество и тяжелую молодость на диком севере, просмотрела вместе с ней кучу художественных фильмов, прочитала уйму журналов типа «Работница», побывала в стольких очередях, ателье и магазинах! Когда бывало плохо, когда отчитывали на работе или доставали непослушные ученики, Галина Григорьевна, находясь в одиночестве, доставала из сумки пластиковый календарик «Союзпушнина» – и любовалась на свою мечту, представляла себя в ней.