Обратный счет любви

О них она всласть поплакала еще вчера, когда разложила их на ворсистом кроватном покрывале и прощалась с каждым камешком, вспоминая прожитую жизнь.

«А, да ладно… – произнесла она, прерывисто вздыхая и промокая кончиками пальцев мокрые веки, – ну их, изумруды. Можно и в бижутерии походить. Сейчас делают прелестную бижутерию».

Дома было темно, сыро и холодно. Она прошлась по всем комнатам, повсюду зажигая свет. Разбудила телевизор, и он негромко зашептал новостями. В гостиной включила электрокамин и полюбовалась почти настоящими язычками пламени на почти настоящих березовых поленьях.

Сейчас придет Андрейка с работы, она накормит его котлетами и жареной картошкой, и, может, он с ней поговорит. О чем? Какая разница, о чем он захочет с ней поговорить? Хоть о футболе, хоть о новой графической программе. Хоть о своих прохудившихся носках.

Однако совсем ты разнюнилась, Надюша. Никуда не годится, подбери сопли живо. У тебя замечательный сын, и он не обязан всю жизнь возле тебя сидеть как приклеенный.

Запомни: если он не сидит возле тебя как приклеенный, значит, ты его правильно воспитала. Понятно? А то!..

Запиликал телефон, и Надя вздрогнула. Трубку брать не хотелось, наверняка звонит дорогая сестрица. Не ее, Надина, сестрица, у нее ни братьев, ни сестер не было, а сестрица мужнина.

Тем не менее Надя трубку сняла, решив закончить все в один день и больше к этому не возвращаться.

Инка вступила с крика, но это никого не удивило.

Хотя Надежда и не ожидала, что Кирилл так оперативно поделится новостями. Значит, воспринял угрозу всерьез. И Инка тоже, вон как заходится.

– Какая же ты змея! – визжала трубка. – Всю жизнь из Кирюши кровь пила, на двух работах заставляла работать, а теперь, когда он заболел, то сразу стал не нужен?! На помойку решила его выпихнуть?

«Ого, – подумала Надежда, – про вторую работу я и не знала… Однако… Однако мне до этого уже дела нет, а вот милый Кирюша не скажет тебе спасибо, дорогая, что ты по своей бабьей глупости так его заложила.

Хотя это теперь тоже не важно. Но как она всполошилась! Не хочет, значит, снова проживать с выросшим братиком».

Инесса была старше брата на одиннадцать лет. После того как от запущенного аппендицита на операционном столе умерла их мать, сестра заботилась о Кирилле, как могла, и воспитывала, как это понимала.