Опасный винтаж

И Колян стиснул толстыми пальцами карандашик и принялся что-то вырисовывать на бумажке, комментируя свои каракули словесно.

– Она такая типа чугунная фиговина на ножках. Как бы фигурная платформочка, короче. А по размерам где-то примерно сантиметров тридцать на семнадцать будет, если сверху смотреть. Вся в завитушках и резная по краям. Ножки по углам, наподобие как у шкафа несгораемого, сечешь? Высотой будут по паре сантиметров. И тоже вот в таких примерно вензельках. Одна лапка подмятая, но там никак уже не исправишь.

А в самой платформочке два гнезда имеются под вставные баночки. Вот под эти.

Не отрываясь от рисунка, он ткнул карандашом в сторону баночки, уже затерявшейся в груде бумаг.

– В них чернила наливают, прикинь, Жор. Разноцветные. В одну можно синие налить, а в другую фиолетовые. А вот здесь, вдоль переднего края, такая канавка, чтобы в нее ручку класть. Обычная, я хочу сказать, конструкция, типовая. Исполнение только старинное. А вот тут, примерно по передней части, табличка с дарственной надписью.

Она не «родная», ее припаяли, чтобы поздравление было где написать.

Егор задумчиво рассмотрел протянутый рисунок и положил его на стол.

– А кто конкретно на Нину Михайловну воров навел, не выяснил? Что за «старый пенек»? В натуре?..

– Выяснили, а как же. Шармант Василий Васильевич, старый приятель мужа. Потрясли козлика аккуратно. Сильно трясти побоялись, потому как, говорят, очень там у него валокордином воняло. И по словам этого Шарманта, зашел он в утильную палатку специально, чтобы сдать пустые жестяные банки, которые вынужден собирать для прибавки к пенсии.

Там, в палатке, он и разговорился с «менеджером». Тот вызвал у него приступ сочувствия, вот Шармант и слил информацию. Только похоже, что дед там ошивался вовсе не из-за мизерной выгоды, а чтобы самому что-нибудь стоящее у бомжар перехватить. Судя по начинке его квартиры, навряд ли он будет по мусорным бачкам шарить. Пацаны, конечно, не эксперты, но доложили, что бронзы всякой с хрусталем там напихано столько, что их чуть не вытошнило. Жучара он, точно тебе говорю.

– Так, видимо, он и есть заказчик! – раздражившись, проговорил Егор. – А ты на девчонку наезжаешь!

– В смысле? – ступил Колян.

– У него твоя чернильница, вот что. Его трясти надо.

Колян загрустил.

– Если у него вещь, трудно ее будет обратно вернуть. Как на него воздействовать, не понимаю. Какой там трясти!.. На этого деда не то что замахнуться, голос повысить страшно – помрет.