Сто одна причина моей ненависти

Потом Сергей увлекся загадками египетской жреческой цивилизации, а Люда в ответ ему заинтересовалась феноменами подсознания и прочей психологической мурой. Они даже сны друг другу пересказывали, чтобы выяснить, имеется ли связь между сновидениями и событиями дня. Подумать только – он пересказывал какой-то козе свои сны!

Общение их было упоительно, как песня – прекрасная и сильная, только для них двоих. А тут эти Катька с Никиткой… обкрадывают Сергея. Как не выйти из себя?

Людмила объясняла ему, что она не может их бросить, они дружат чуть не с первого класса, это некрасивый поступок будет, предательство и все такое.

Успокаивала, что ничего особенно серьезного они не обсуждают, болтают о разной чепухе на переменах, иногда домашку вместе делают, и зачем Сергею сердиться… Предлагала тусоваться с ними. Он не захотел.

Предпочел подождать. Решил, что вот окончат они школу, рассыплется та дурацкая компашка, и Миколетта будет только его. Они вообще могут куда-нибудь уехать вдвоем, пусть не навсегда, но в какой-нибудь совсем незнакомый город, где все для них будут чужие, и они будут чужие для всех, и никто не сможет, не посмеет отбирать у него любимую.

Даже на минуту. Любимую. Да, давно это было.

Он был уверен, что Люда одобрит его жизненный выбор. Разглагольствования про «солдатню» и прочий оскорбительный бред для Людки такая же дикая ахинея, как и для него самого. Разве могло быть иначе? У них всегда были схожие взгляды, всегда. Поразительно схожие. И она была правильным парнем, хоть и классной девчонкой.

Ошибся. Вывалил ей, довольный как слон, свою новость и остолбенел от ответа.

Он не стал ничего ей потом объяснять. Не искал встреч и забыл номер ее телефона. Он просто ее возненавидел. За ее тупость и за свои обманутые надежды. И еще за то, что в голове у нее – нет, не каша. Фекалии. А сама она – напыщенная и самодовольная овца с ограниченным кругозором, мнящая о себе, что ей доступно мыслить свободно, незашоренно и вне зависимости от обязательных для прочей массы серого быдла правил, прописанных для того же серого быдла.

Ну и пошла она…

Заняться подготовкой к вступительным и отвлечься от личной драмы было непросто, но он сумел. Как в противном случае он смог бы уважать себя дальше? А чтобы сильно не саднило сердце – а саднило оно слишком уж долго, – предложил Алене выйти замуж. Вот так просто – взял и предложил. Почему Алене? Ну, она была красивая. И абсолютно не походила на Миколетту. Особенно мозгами.