Наперегонки с темнотой

Силясь продраться сквозь застилающую разум мутную пелену, они вяло ворочались на дне подсознания, но им никак не удавалось вынырнуть на поверхность. Не узнавая собственного дома, я недоумевающе обводил взглядом пространство.

Где-то совсем рядом раздавалась навязчивая мелодия, которая хоть и была мне смутно знакома, в данную минуту ужасно действовала на нервы. Я пробовал от нее отмахнуться, но мелодия не прекращалась. Когда до меня дошло, что это ни что иное, как звонок мобильного телефона, я резко сел и наконец пришел в себя.

Звонил Билл.

– Джон, ты меня слышишь? – прогрохотал в трубке его запыхавшийся голос. – Через час здесь будут криминалисты и инспектор из округа. Они из особого отдела, так что дело, похоже, дрянь.

Пытаясь собрать расползающиеся мысли, я молча слушал. Когда эти попытки увенчались успехом, в мозгу яркой вспышкой полыхнуло: «Черт возьми, я пристрелил двоих, кем бы они не были!» Следом родился вопрос: «Что будет с Терри, если меня арестуют?» Теперь до меня в полной мере дошли слова Билла о том, что я по уши в дерьме.

– Уилсон, мать твою! – не выдержав моего молчания, взревел он.

– Да, Билл, я слушаю. Прости, я только открыл глаза.

– Ты должен быть здесь! – проорал он. – Немедленно! Роб уже едет. Повтори!

– Да, я понял. Уже еду, – покорно повторил я и нажал отбой.

Отшвырнув мобильник в сторону, я с силой потер лицо. Вставать не хотелось – чувствовал я себя по-прежнему скверно. Головная боль немного ослабла, но внутрь черепа точно напихали куски мокрой ваты.

Вперив перед собой невидящий взгляд, я раздумывал, что будет дальше. На ум ничего не приходило – там все еще царила страшная сумятица. Всплывали лишь разрозненные вопросы в духе: «Почему именно сейчас?» и «Как я умудрился так вляпаться?» Казалось, все только начало налаживаться, как жизнь подкинула мне очередную порцию дерьма.

Давно оставленная позади жалость к себе нахлынула с прежней настойчивостью, но больше меня беспокоила Терри.

Что будет с ней и, главное – ей-то за что столько испытаний? Прошло всего пять месяцев с тех пор, как она вернулась домой и мы оба изо всех сил старались забыть о прошлом, а теперь все опять неслось к черту.

Пока я об этом размышлял, взгляд сфокусировался на мелкой, до миллиметра знакомой трещине в потолке. В голове вдруг возникла глупая идея, что не мешало бы ее заделать, но тотчас она привела меня в бешенство.