Месть

Проблема у них всегда была одна – никто не хотел быть вторым, но так уж получалось, что Света была, как она считала, более удачливым журналистом, а Андрею не всегда везло.

Делая глоток за глотком, она вспомнила их первую встречу, три года назад. Один известный политик N. сильно проштрафился пару раз. Казалось, ничего удивительного нет в том, что политики живут на широкую ногу, ездят на хороших машинах и усердно изображают из себя «слуг народа», однако чем более усердно изображал из себя этот политик вышеупомянутого слугу, тем больше денег утекало из городской казны.

В конце концов всё кончилось сначала сексуальным скандалом (политик был неравнодушен к радостям банного секса с несовершеннолетними нимфетками), а потом и финансовым. Политик оказался политическим банкротом, и это поняли все, кроме него. Тут же герой начал позиционировать себя как борец за попранную справедливость, выдающийся общественный деятель, и даже супруга, перестав кусать коготки после мужниной измены, принялась усиленно ему помогать.

Следующим их совместным проектом, учитывая безуспешный опыт прочих попыток вернуть себе расположение народа, стало учреждение фонда помощи вернувшимся из эмиграции антисоветским писателям. Ни для кого не секрет, что если хочешь поднять лицо, необходимо помогать несправедливо обиженным творческим деятелем.

Идея была актуальна ещё и тем, что вернулся из длительной американской опалы обласканный младореформаторами престарелый классик антисоветской направленности. Александр Павлович Кормилицын в позднесоветское время олицетворял собой целую легенду, был человеком, который боролся с советской властью, и в конце концов был вынужден удалиться в тяжёлую эмиграцию.

Его возвращение было отмечено пресловутым фондом со всей помпезностью. Шаблон проведения таких мероприятий был хорошо знаком журналистам. Позвали кучу журналистов, доставили кучу выпивки, пригласили парочку авторитетных публичных людей, а гвоздь программы венчал собой данное мероприятие. Однако Светлана, которая была делегирована от «Полити», успела навести справки о борце за справедливость.

Собственно говоря, даже вид этого подтянутого семидесятилетнего старца с православной серебряной бородкой, которая хорошо оттеняла калифорнийский загар, заставлял всерьёз задаться вопросом: «а так ли была тягостна его ссылка?» Кормилицын был тем нередким персонажем в русской элитной действительности, который сумел извлечь по максимуму выгоды из политического противостояния США и СССР.