Кто с мечом придёт…

Поэтому…

– Поэтому рыцарь должен как-то исправить последствия своего провала? – закончил его мысль майор. – И как же?

Помолчали, размышляя. Догадка пришла одновременно к обоим.

– Он собирается завалить князя Александра! – воскликнул Гром.

– Он собирается умертвить князя Александра! – воскликнул Рысь.

Потом они переглянулись и решили, что убийцу надо остановить.

– Никто, кроме нас! – гордо выпрямившись, воскликнул майор спецназа ГРУ…

– И снова стоп! – запротестовал я. – Куда тебя несёт, капитан Карандыш? «Никто, кроме нас!»… Что, прямо вот так он и провозгласил, при этом еще и «гордо выпрямившись»?! А Гордей потом в обморок не упал с перепугу? Понимаю, художественный вымысел, но… Грому, в твоем изложении, сталось разбить об башку (свою, разумеется) бутылку и прыгнуть в ближайший фонтан.

Ладно, суть повествования я уловил. Можешь изложить кратко и не так пафосно? Итак, они разгадали коварный замысел фон Данхеля. И как же они его нашли?

Жан отложил в сторону мою кольчугу и обиженно буркнул:

– Отмыл, кажется.

Я тебе от всей души излагаю, чтоб покрасивше, а ты… А-а-а! Ты чего?!

Это я брызнул в его сторону холодной водой.

– Давай, рассказывай, как получается, Петросян плюшевый… И все же поторопись – совсем темно уже стало, да и спать хочется.

Отряхнувшись, он буркнул:

– Собственно, это всё, что я на данный момент знаю.

Я оторопел.

– Как всё?

– А вот так. Дружинники, их отловившие, рассказали, что в Александра Ярославича стреляли из арбалета.

Откуда фон Данхель его взял?! Болт пролетел слишком далеко от князя и воткнулся в бедро его коня. Валера с Гордеем успели в самый последний момент и не дали рыцарю толком прицелиться. Набежали ближние дружинники, а ребята уже волокут повязанного крестоносца. Вот их всех и посадили под охрану, до особого распоряжения.

– Дела… Ну а ты?

– Что я?

– Ну как ты князя выручил? Милёна говорила, на корабле что-то там случилось… Рассказывай.

– Да ладно тебе… – Иван зевнул.

 – Потом как-нибудь… Идти уже надо.

– Ну, как знаешь…

Постирав штаны, а также плотную кевларовую куртку и рубаху, которые перед боем надел под кольчугу, я облачился в чистое.

– Пошли назад, каша остынет. – Жан поднялся, закинул на плечо мою кольчугу. – Не видно не зги… Не переломать бы ноги об корневища.

– Держись за мной – у меня зрение, как у кота.

Я поднял с песка отмытую до блеска саблю, вложил ее в ножны. Потом потянулся за мечом.