Осколки

– Замкнутый круг какой-то! Она возвращается из-за меня, но, если меня здесь не будет, ты не найдешь её, и она … она… – мне не хватало сил произнести эти слова.

– Бродяга, мы придумаем, как тебе помочь! Я ещё не сталкивалась с подобным, прости! Но чувствую, что нам нужно бороться! Нельзя сдаваться, иначе придёт тьма.

– Только вперёд, – уныло пробормотал я.

Девушка улыбнулась.

– Солис, а других воинов много?

– Много. Мы разные, у каждого свои таланты. Я искатель, поэтому быстро нахожу тебя. Сейчас мне проще, потому что наши мысли настроены на одну волну.

С другими душами, или, как мы вас называем, фотонами, сложнее. Но всё равно я быстрее многих. Есть воины-защитники, есть целители. Мы все часть потока. Нам нужно всегда поддерживать с ним связь.

– Солис, а зачем тебе меч?

– Ох, Бродяга, лучше тебе никогда не видеть, зачем он нужен, – грустно улыбнулась уголками губ воин.

После этого случая я стал маниакально прочесывать коридор. Проблема заключалась лишь в том, что передвижения были ограничены моим сознанием, моими воспоминаниями.

Я мог отправиться только в те места, о которых помнил. То есть туда, где бывал, или видел на картинке, или мог очень отчетливо представить. Моя память была моим главным помощником и главным слабым местом. Я помнил только то, что как-то связано с Марусей.

Для среднестатистического человека на Земле я путешествовал довольно много, особенно в последние годы. И Маруся неизменно была рядом со мной. Сейчас я бессовестно пользовался её чудесной способностью примечать удивительные тонкости, скрытые от человека на первый взгляд.

Благодаря ей у меня появился шанс вернуть домой того, кто по стечению обстоятельств потерял связь со своим телом.

Я тщательно, секунду за секундой, восстанавливал мгновения, что мы провели вместе, расширяя радиус передвижений, восстанавливая пробелы в воспоминаниях. Вторую выброшенную душу я нашёл очень нескоро, прогуливаясь по аэропорту Хитроу в Лондоне. Ею оказалась женщина лет сорока, которая стояла у пустой стойки регистрации.

Руки души уже успели потемнеть по локоть. Тьма, выбрасывая к душе жадные тонкие щупальца, поднималась от кончиков туфель и доходила почти по пояс.

– Добрый день! – дружелюбно сказал я, стараясь не показывать волнения.

Женщина смотрела сквозь меня невидящим взглядом.

“Солис! Приём! Ещё один “выброшенный”!

“Бродяга! Чувствую тебя! Скоро буду!”

– Привет! – я повторил попытку. – Ты давно здесь?

Но ответа не последовало.