С любовью из Новой Атланты!

Новыми жителями становились заговорщики против власти, участники восстаний, непокорные и конфликтные люди, народовольцы, революционные и антисоветские деятели, ленинградцы с семьями после массовых репрессий… Иными словами – образованные и культурные люди, способные видеть реальное положение дел в стране. Возможно, со временем они научились выражать недовольство творческими методами. И в довесок ко всему, много ли вы знаете в России народных героев, канонизированных бандитов и революционеров, которые

исполняли импровизации в форме песенного речитатива под аккомпанемент?

Запись 23, 13:10 – Ты любишь наш город?

Да, очень… несмотря на то, что мне всю жизнь говорят “что ты до сих пор тут делаешь?” и “почему не уезжаешь отсюда?”.

Тысячи людей из республики уезжают, и это заметно. Каждые 3–5 лет приходится полностью менять свое окружение. Уезжают не только коллеги, уезжают ближайшие друзья и так далее. Все переезжают в какие-то другие места, не находя здесь выход своей творческой энергии, самореализации. Остаются единицы. Причем, я бы не сказала, что это самые бездарные, которые остались из-за того, что им некуда больше идти или их в другом месте не примут. Остаются и такие фанатики, как я, к примеру. Которые думают “кто же, если не я”, “кто же, если не мы”, “кто-то же должен что-то и здесь развивать”? Я не из тех людей, кто приходит на что-то готовое, я больше ищу дурацкие, сложные пути. Поэтому я остаюсь здесь и рассуждаю примерно “пусть этот мир прогнется под нас”. Но придется положить на это жизнь, буквально. Я стояла у истоков многих творческих проектов, которые потом зажили своей жизнью, либо я отошла по каким-то причинам… Может быть, мне больше нравится именно момент преодоления… Есть же такое понятие, как человек-стартапер, которому нравится что-то делать сначала, а потом, когда уже само собой пошло, – неинтересно. Может быть, я чувствую, что в другом месте сейчас нужна моя помощь больше, чем в проекте, который встал на ноги. Были у меня и собственные проекты, и я ни об одном из них не жалею. Все они вписались в то время, в тот контекст, в котором они были нужны. Например, в нулевые годы у нас был бум глянцевых журналов, глянцевых изданий. Были неплохие городские издания, легкие, как раз для молодежи, можно сказать. Из них выжила только “Собака”, которая остается. А когда-то была целая плеяда вот таких изданий. Был артхаус, архитектура, дизайн. У нас очень много творческих людей.