Корректор 2.0

Переведя взгляд на меня, какое-то время смотрел в глаза, затем задумчиво кивнул, видимо делая выводы. – Значит, ты и его завалил! – сказал он утвердительно.

– Ага, минус два, уже чище стало, эту мразь надо выжигать, а не дела вести.

– Дай мне сыну позвонить, капитан, – произнес Гурам, оставив мои слова без внимания. – Я скажу всего несколько слов! А потом делай что хочешь, все что знал я рассказал.

– Нет не все, дорогой Гурам, ты не сказал, когда они с тобой связались, каким образом? Может, свел кто! – говоря, я одновременно загибал пальцы глушителем.

 – Сколько их человек, на какой машине приехали? Имена, в конце концов! Расскажи все это, и я просто уйду.

– Имен не знаю, они называют друг друга братьями! – не стал юлить Гурам. – Просто позвонили, где взяли мой номер не знаю! Охрана на входе видела машину, на которой они подъехали, темно-синий опель, номера другого региона, в салоне было четыре человека, я знаю только двоих, вернее знал, а оста…

Закончить Гурам не успел, за стеной послышалось глухое БУУМ.

Комнату тряхануло, со стен попадали картины, а с потолка куски штукатурка. Ни хрена себе поворот! Я присел за диванчик и втянул шею, пистолет уже был направлен на дверь.

– Ну что капитан, дождался? – голос Гурама донесся откуда-то из-под стола. – Вот и тяжелая артиллерия!

– Твои что ли шалят?

– Нееет, – протянул старик. – Бомбисты наши пришли или третья мировая, больше некому! Что делать будешь, капитан?

– Как что? – возмутился я.

 – Отстреливаться! – бородатая физиономия боса, появилась над столом.

– Знаешь, чем отличаются волки от овец? – спросил он.

– У овец шерсть помягче! – особо не задумываясь, ответил я.

– Мир – это волки и овцы, – Гурам для весомости своих слов, потыкал в потолок волосатым пальцем. – Волки съедают овец. А что могут сделать овцы? Они могут лишь оттянуть это!

– Спасибо за то, что раскрыл мне глаза! – потрясая пистолетом, прокричал я.

 – Ты мне лучше скажи Гурам, на чьей ты стороне?

– Я на своей стороне! Но оттягивать и подыхать, как овца не собираюсь! И в спину тебе нож не воткну, – он выразительно посмотрел на меня.

– Спасибо! С чего такая доброта? Я ведь убивать вас пришел!

– Ты в своем праве был, капитан. Признаюсь, мы тебя уже в расход списали! Надо было кем-то пожертвовать.