S-T-I-K-S Почтальон. Часть 2

 – Люди бегают, готовясь к чему-то! Будто к последнему дню. Я пришла домой со смены, а муж мой, свихнулся, назвал шлюхой и выгнал! Администратор гостиницы, наорал на всех и заперся в люксе с Антуаном, нашим поваром.

Писец!

–Что происходит, Артур!?

Старое имя, резануло слух сродни оскорблению, но задуматься, я не успел. Грациозно, словно кошка, Алевтина встала и подошла ко мне. Рефлекс, на то и рефлекс, чтоб сработать в нужный момент. Я схватил, или лучше сказать сграбастал её в объятия. Такая, тонкая хрупкая, нежная и желанная!

Это ж сколько я на воздержании? Уже и думать начал как поэт! Однако время слов закончилось!

Позднее, когда за распахнутыми окнами стемнело, мы лежали на простынях.

Наши тела, не успевшие остыть от любовных утех, обдувало вечерней прохладой. Если бы не подступающая жажда по живчику и не подозрительные звуки на улице, я бы мог почувствовать себя в прошлом. Работа, дом. А если учесть прекрасную брюнетку, чья головка покоилась у меня на груди. «Жизнь удалась!» – так бы сказал Толян.

Но, моего друга тут нет! Где он или когда, неизвестно. Долбанный Стикс, странное и страшное место, глаза на затылке, всегда на стрёме!

– Вы странные!

Приятный, с лёгкой хрипотцой голосок, выдернул меня из раздумий.

– Кто это, мы?

– Ты и лысый, – ответила Алевтина, поднимая голову с моей груди.

– И в чём же странность?

Она села по-турецки, прикрыв свои прелести простынёй, продолжила.

– Ходите, как сытые хищники среди овец, взгляд, повадки, всё говорит о том, что вы убийцы! Стоит только проснуться голоду и начнётся резня! – Алевтина забавно округлила глаза, словно испугавшись своего умозаключения.

Увы, резня начнётся и без нас! Но вот, слово убийца, меня зацепило. Я на Стиксе не так давно, а со слов Алевтины, на человека уже не похож!?

– Даже фамилии у вас странные! Мутин и Плёткин! Как близнецы, только один лысый, – в её глазах, блеснул весёлый огонёк, с намеком на безуменку.

– Э-э… мы просто с одной деревни! – нашёлся я с ответом.

На что, Алевтина хихикнула, а затем, вдруг став серьёзной, скинула простыню и устроилась на мне верхом.

– Ты не похож на деревенского. Городской, и бабник! – произнесла она, задорно глядя на меня.

– Хищный бабник! – подытожил я, и принялся её щекотать.

– Ага! Он самый…прекрати… – продолжить не смогла, потому как, зашлась заразительным смехом.

Постепенно, мои движения стали более нежными, и плавными. Алевтина расслабилась, отвечая мне, тем же.