Девушка по имени Москва

Вот она – слава! Я так понимаю, там нашего красавца-мужчину О. Пекина будут славить и восхвалять за его каторжный труд.

МОСКВА: Поступай как знаешь, поступок это важно. С чего же дрожь?

1. Сама завидую своей безудержной фантазии.

2. Я уверена: горячий, кавказский мужчина О. Пекин пэрэживет.

3. Я-то ожидала только «цыган с медведями», а тут помимо Барина еще и други его пожалуют, спасибо, НЬЮ-ЙОРК, что предупредили, значит, форма одежды праздничная чадра.

НЬЮ-ЙОРК: Вздрагиваю я по следующей причине.

Некоторые люди с младых ногтей являются с отчествами, а некоторые и в 60 лет – Йориками. Хотя самые близкие зовут меня Готэм, но мне больше по вкусу Big Apple.

2. Вы ничего не путаете? Мне кажется, О. Пекин с Востока, из Поднебесной. Всё равно жалко его. Никакого эстетического удовольствия.

3. Думается мне, что другом Вашего Барина и будет наш замечательный, горячий кавказский парень.

МОСКВА: Готэм мне нравится больше. Что-то в этом есть. И яблоки я тоже люблю.

Заинтриговали. Почему Готэм?

НЬЮ-ЙОРК: Все очень просто. Это прозвища Нью-Йорка.

* * *

– Дворцовый переворот, – смотрел на фотографию Зимнего дворца, отражающегося в Неве, Кирилл.

– Думаешь, это возможно? А мне просто вид понравился.

– Ну, ты же видишь. Возможно все, еще как возможно. А некоторые виды, – посмотрел с улыбкой на Мифу Кирилл, – даже не заметят, потому что в этот момент будут снимать. Только позже, пересматривая видео, заметят неладное. Шучу. Только не говори мне, что ничего не видишь.

– Вижу – вилами по воде написано. Но выглядит впечатляюще.

– Зрение давно проверял? – посмотрел в его глаза Кирилл.

– Проверял. Хочу сделать коррекцию глаз.

– Может, сначала бровей? Может, в этой чаще все дело, – усмехнулся Кирилл. – С одной стороны, брови – признак мудрости, но с другой – лезут в глаза и мешают видеть очевидное.

– Завидуешь моим густым бровям, – борясь с силой воли, все-таки не удержался поправить бровь Мефодий.

– Нет, тебя по ним легче читать.

Ты как на бумаге. Когда-то был А4, теперь уже А3, – рассмеялся Кирилл.

– Это жизнь, – только это нашел в ответ Мифа.

– Да, ладно тебе, не обижайся. А насчет бровей подумай, модная тема.

– Жизнь – модная тема, а брови – это напускное, временное.

– Я и говорю, что отвечают за настроение. Что касается жизни… Жизнь проходит… Поздоровайся хотя бы ради приличия.

– Так вот я и хочу. Короче, ты добряешь коррекцию? – повторил Мефодий.