Триада

Одна из них становилась всё шире и шире, деля колонну пополам, и из этого раскола появилась окаменевшая белая рука. Из темноты на Тарреля глядел мертвец с серебряными глазами и ртом, застывшем в крике ужаса.

– Ты что наделал? – закричала Джерис где-то рядом.

Таррель дёрнулся в сторону и двинулся на голос, не открывая глаз. Свод вот-вот был готов обрушиться на его голову. И тогда он услышал Джерис снова.

– Здесь шесть основ сойдутся воедино…

Таррель поглядел по сторонам, и страшная догадка заставила его сердце сжаться.

Самые толстые колонны, самое блестящее серебро покрывает их, отполированное сотней ледяных одежд, а остальные – лишь могилы тех, кто рискнул прийти сюда без камня арралаков, обрекая себя на смерть: люди, животные, насекомые – все они остались в заточении Врат, что стоят на шести колоннах, а в их центре… в их центре стоит Джерисель Фенгари.

– Джерис, нет! – завопил Таррель.

Голос Джерис звучал страшным холодом в подземелье.

– Здесь серебро блестит, как кованая сталь!

Таррель, закрывая лицо от летящих осколков серебра, полз к Джерис.

– Джерис, стой! Забери меня! – кричал он, но его не слышали. Кричит ли он в самом деле или шепчет?

– Настал сей час исполнить долг неумолимый…

Тяжёлое дыхание Джерис было где-то совсем рядом, но свод рушился с оглушительным грохотом, возводя между ней и Таррелем непроходимую преграду. Арнэ полз по осколкам, раня руки и ноги, и вдруг ухватился за плащ Джерис.

– Откроет в недра путь сиреневый хрусталь. – сказала Джерис и подземелье завыло.

Закричало оно голосами разными, точно все люди, звери, океаны и горы разом завыли вместе с ним, и шум всей Триады – каждый её разговор, каждый смех и крик, каждая песня, каждый плеск волн и грохот грома в далёких горах – решили быть сейчас здесь услышанными.

Таррель мог поклясться, что его тело в этот момент сжалось до размеров самой маленькой песчинки, и скорость завертевшейся бури разорвала его в клочья.

Глава 6

Синяя Дубрава ещё спала, когда тишину нарушил неспешный топот копыт, и из темноты выехали семь укутанных с головами всадников.

Первый из них, самый высокий и плечистый, ехал верхом на настоящей лошади, а остальные – чуть поодаль, и погоняли стройных рыжих ланоков, копытца которых, казалось, вовсе не создавали шума, в отличие от чёрного жеребца. Рассвет никак не занимался.

– Торопите своих тварей. Господин нас ждал ещё вчера. – сказал человек на лошади.

– И ещё подождёт. – раздался сзади женский голос.