S-T-I-K-S. Почтальон. Часть 1

Когда-то сюда свозили зерно с нескольких областей, я бывал на одном таком в далёком детстве, в общем-то ничего интересного. Но сколько же там голубей.

"Вот бы сейчас туда, в то маленькое окошко. Подсобка или что это, главное высоко и далеко отсюда. В тень. В тишину."

Я бросил руль, откинулся на сиденье и положил руку на голову Хрома. В памяти всплыло лицо отца. Он умирал, и об этом знали все, кроме меня. Просто родственники не решились просветить десятилетнего ребёнка. Желтушное, иссушенное болезнью лицо, костлявые руки.

Рак, готовя его к исходу, забрал всё, превратив в немощного старика с глазами тридцатилетнего мужчины. Жизнью горели только они. Когда отец прислал за мной, он знал, что это последняя наша встреча. Старик смотрел на меня, а глаза говорили, я буду жить вечно. И тогда, он вдруг заговорил стихами. За прошедшие тридцать с лишним лет, они вылетели из памяти, но сейчас, горели огнём.

Гостем встану на пороге,

У неведомой дороги,

Она в даль, меня зовёт,

И не всякий там пройдёт…

… эсщщщ.

...

Светало. Где-то в километре или двух отсюда, на еле заметной ленте дороги, сверкнула красная вспышка, а спустя несколько секунд донёсся раскат взрыва. Я смотрел на это действо бесстрастно. Видел, как подлетела несущаяся по дороге машина, вернее то, что от неё осталось, и скрылась в кювете. Последовала ещё одна вспышка с запоздалым взрывом. Потом ещё. Затем, наступила тишина.

Серое вещество в моей многострадальной голове стало заводиться. До этого момента оно тоже работало, но скорее на автомате.

Так сказать, фиксировало действие носителя и происходящее вокруг, сразу же откладывая информацию как не нужную, возможно опасную, в далёкий долгий ящик. Но я зацепился за ускользающие воспоминания:

«Та, машина… Хром… атака дрона… рвущиеся снаряды…Я, что, умер?»

Глава 5

– Умер… – я словно пробовал слово на вкус.

Мысль была странной. Разве можно быть мёртвым и думать об этом? Возможно, это говорит о неком психическом расстройстве.

В голове зарождалась боль, точнее, зародилась она давно, а сейчас с каждым мгновением усиливалась

"Это хорошо! Жизни без боли не бывает."

Окно, у которого я стоял, было небольшим, половина стекла отсутствовала, но домовитый хозяин заколотил дыру фанерой.

– А если ущипнуть себя? – голос прозвучал неправильно, вроде мой, но другой.

Ещё это эхо. БЯ-БЯ-БЯ, будто дразнил кто-то. Инстинктивно обернулся, но в небольшом помещении никого не было.