Не дура

Может, и мама разочаровала его как жена… Может, но вряд ли. Все же она его любила и всегда ждала. А куда еще бежать? Антарктида – самое место. Все полярники бежали от себя. Дальше уже некуда. Там покой, там тишина и вечность. Вечная мерзлота, где можно было заморозить на время душу. У него была заморожена душа, у меня тело. Мне так и не удалось встать и пойти. Сколько раз я пытался встать и пойти, но все время падал. Я никак не мог найти той опоры, что помогла бы сделать мне шаг. Для этого требовалась сложная операция, за положительный исход которой никто не ручался, но мое желание избавиться от костылей и проклятого кресла было велико, а самое главное: я смогу оттолкнуться от тумбочки на старте, а не просто плюхнуться в воду… Наконец, операция, о которой Анна ничего не знала (я сослался на соревновательные сборы) состоялась.

По словам доктора, если реабилитация пройдет успешно, то где-то через полгода, я смогу сделать первый шаг. Полгода – целая вечность, у меня столько не было.

* * *

Мы долго гуляли с Анной в парке, точнее сказать, она гуляла, а я катался в коляске с приводом.

Анна с любовью собирала красивую павшую листву в один яркий букет, мы болтали обо всем подряд, иногда замолкая, будто боялись вспугнуть эту красоту. Я любил осень. Это время подсчитывать урожай Адамовых яблок после бурных летних ночей. Пусть даже женщины уже спрятали свои выдающиеся детали страсти в ткань, и воздух относится к тебе с прохладцей. Вместе с мыслями, которые спокойны и свежи, ты вдыхаешь торжественный фейерверк леса. На улице пахнет дынями, они выступают золотом из декольте осени, напоминая тебе, что все еще будет, будет гораздо слаще, только попробуй.

– О чем мечтаешь? – разорвала она затянувшееся молчание.

– Не поверишь!.. Нет ни одной мечты.

– А если вот так? – поцеловала его в губы.

– Приятно, но мало.

– И все? А что скажешь сейчас? – слились они надолго в едином поцелуе. Руки его невольно потекли от талии по ее телу. Одна из них пробралась под пальто к груди.

Он почувствовал тепло женского тела.

– Есть мечта? – отобрала девушка свои губы и посмотрела в его карие глаза.

– Тебе откровенно?

– Да.

– Я мечтаю провести с тобой эту ночь, – не хотел он отпускать ее из своих объятий.

– Ну наконец-то. Теперь тебе есть о чем помечтать; мечтай, это не вредно, – метнула она вверх ворох собранных листьев и зашуршала от него осенней аллеей. Этот салют из листьев, словно стартовый пистолет, заставил его очнуться.