Все ее удовольствия

– Какой такой «прежний»?

– Здесь же другой Гоголь стоял, он переехал во двор бывшей усадьбы графа Толстого на Никитском, где Гоголь провел свои последние четыре года.

– А зачем поменяли?

– Сталину не нравился грустный Гоголь.

– Покажите мне хотя бы одного человека, который нравился Сталину.

Лиза улыбнулась:

– Здесь пролегал его путь от дома к Кремлю. «Каждый раз проезжаю, смотрю на Гоголя, и плакать хочется, а не работать», – говорил он.

– Москва слезам не верит, – согласился Игорь. – Смотрела?

– Не раз.

Можно сказать, мой любимый фильм.

– Помнишь сцену, где Катя Тихомирова встречается с Родионом на скамейке?

– Конечно.

– Это снималось здесь, на этом бульваре, только в начале, ближе к «Кропоткинской». Сейчас дойдем, покажу. – Игорь, словно регулировщик, правой рукой указал Лизе путь следования. Через несколько минут они остановились напротив дома номер одиннадцать:

– Вот она, та самая, слегка обновленная.

– Ты серьезно? – Лиза посмотрела на сидевшую напротив них пожилую пару.

– Серьезнее некуда.

– Может, это они? – предположила Лиза.

– Ага, третья встреча, сорок лет спустя.

– А ты откуда знаешь?

– Я же на Мосфильме работаю.

– Тоже оператор? – улыбнулась Лиза.

– Актер второго плана.

– В массовке, что ли?

– Ну да, халтурил студентом. Сколько раз пришлось туда-сюда по бульвару пройти, я тут каждую травинку знаю. Я и раньше Гоголя не понимал, а в тот день просто возненавидел.

– Фантастику, наверное любишь? – рассмеялась Лиза собственной формулировке.

– В смысле?

– С женой мужней шашни разводишь.

– В детстве мне нравился Кир Булычев, – проглотил шутку Игорь и выпустил из своей руку Лизы.

– Ты помнишь его «Сто лет тому вперед?»

– Про Москву две тысячи восемьдесят второго года?

– Да. Она начинается как раз с Гоголевского бульвара будущего.

– Помню, помню. Лесные пущи соседствуют с мягкими подогреваемыми дорогами, а вокруг здания, выращенные из коралловых бактерий. – Вдруг Лиза почувствовала, что рядом с Игорем ощущает себя легко и свободно, как в студенческие годы.

Ведь, оказывается, можно еще поговорить просто о фильмах, о книжках, или просто ни о чем, а не развивать бесконечно серьезные темы долга и ответственности. Счастья и безответственности, вот чего не хватало ей в жизни.

Зеркало

Первое правило большой любви: влюбись в себя – создай конкуренцию.

Эта фраза, брошенная когда-то ее матерью, стояла у нее перед глазами с самого утра.