Волшебная Кошка

Но из-за ссоры с кем-то из влиятельных людей, был понижен в чине и сослан епархией простым священником в их отдалённое селение.

Отец Афанасий встретил купца доброжелательно, выслушал его рассказ, не перебивая.

– Ты сам-то эту кошку видел? – спросил он, когда купец закончил.

– Нет, заглядывал за печь, не было там никого… – растерялся Годимир Силович, – но ведь дочь моя видела…

– Варвара маленькая ещё совсем, мало ли что ей за печкой в темноте могло почудиться. Детское воображение живое и яркое. Легко могла принять фантазию за реальность.

– Да вот же, вот! – принялся настаивать купец и показал священнику веточку с насечками – Я сам пряжу этой меркой обмерял: вот – было, а вот – стало! Не совсем же я кривой, чтобы так лихо обмишуриться!

Священник вздохнул:

– Послушай, Годимир, что я тебе скажу. Если у тебя всё хорошо, так живи и радуйся. Молись, Господа благодари за дары Его. Не нужно искать беду там, где её нет. А то так и накликать на свою голову недолго.

– Да… но что же люди скажут…

– Люди всегда что-то говорят.

И без всяких там кикимор. Иди домой, и живи, как жил. Забудь обо всём. А Вареньке… что ж… просто померещилось.

Купец поблагодарил священника и вышел за ворота церкви. Остановился и задумался:

«С одной стороны священник, возможно, и прав. Но с другой, рассказ Вареньки о кошке слышал Митрофан. А ну как станет мести по селу языком про то, что было и чего не было?..»

– Пода-а-айте на пропитание… – вырвал из задумчивости купца скрипучий голос.

Он с удивлением уставился на старуху-нищенку в грязных лохмотьях и длинным посохом-клюкой.

– Здравствуй, бабушка, – купец порылся в карманах и достал пару медяков, – вот, возьми, пожалуйста. Не знал я, что кто-то в нашем селе находиться в таком бедственном положении…

– Благодарствую, сыночек, благодарствую. – старуха проворно схватила деньги и спрятала в свои лохмотья, – Да я не местная. Паломником иду в дальний монастырь, но вот беда, силы уже не те, утомилась в дороге. Решила у вас здесь немного пожить.

Вырыла себе земляночку на краю леса, в ней и живу пока. А как отдохну, так дальше пойду.

Она пристально посмотрела на купца, покачала головой, поцокала и пропела заискивающим тоном:

– А что ты, голубь мой сизый, не весел? Стряслось у тебя что?

Годимир Силович помялся-помялся, да и выложил нищенке всё, что на душе у него было.

– … И что теперь делать, ума не приложу. Может быть и правда, оставить всё как есть? – закончил он свой рассказ.