Monsta.com: Вакансия для монстра

 – Что ты имеешь в виду, говоря «почти человеческая физиология»?

– Периодическая подпитка демонической сущностью памяти, знаний и резервов организма, а также вмешательство в биологические процессы и психику… мне продолжать?

– Подпитка?

– Смотри… год рождения Ивана Грозного? – неожиданно резким голосом спросил он.

– В тысяча пятьсот тридцатом, – я сама не поняла, как мои губы произнесли это.

– Хорошо, – кивнул Ван Райан. – Когда убили Кеннеди?

– Э-э-э, – теперь пришлось задуматься, – вроде в ноябре тысяча девятьсот шестьдесят третьего года…

– Вот, теперь замечаешь разницу? – продолжил Драйден, многозначительно приподняв указательный палец правой руки прямо на руле.

 – Ответ на первый вопрос ты дала машинально, скорее всего, даже его не зная – в тебе сработала нечеловеческая память, а во второй раз ты уже была готова к следующему заданию, и пришлось вспоминать самой.

Да, это так. Я была очень непростым ребёнком, которого бросало из крайности в крайность, но были вещи которые давались мне поразительно легко.

Хотя я и сама с трудом в это верила.

После шести лет я ни разу не болела, только иногда пыталась симулировать перед дедом, чтобы пропустить занятия в школе. Как правило, безуспешно. Сейчас я понимаю, почему было так, а не иначе. Дело вовсе не в том, что маленькие дети часто болеют, а в том, что до шести я соответствовала всем показателям самого обычного ребёнка. Соответствовала до тех пор, пока не умерла мама. Первая из трёх, запечатавших мою сущность людей, первая из моей семьи.

После этого заклинание впервые стало терять свою изначальную силу. Теперь всё вставало на свои места, все странности, начавшие происходить со мной после смерти матери, как, например, быстрое заживание банального пореза.

В некоторых пунктах досье, как мне подумалось, факты были заметно преувеличены. Подозреваю, что это отнюдь не говорит об их несостоятельности. Вероятно, была приведена характеристика моих, назовём их так, особенностей на стадии предположительного развития.

Существование этого документа говорило о том, что кто-то очень долго меня изучал. Может, и это Драйдену известно.

– Кто же за мной шпионил все эти годы?

– Сьюкка Лоу, – казалось, ему неприятно произносить это имя.

– Что? Женщина, которая преподавала мне боевые искусства по просьбе деда? Человек, которому доверяла моя семья?

– Она не из этого мира, – устало произнёс Ван Райан. – Уже очень много лет Лоу тайно работает на Комитет.