Сын Буйного

Как-то не справедливо выходит, не находишь? Другое дело, если бы он его поимел вместо тебя, тогда я хоть как-то могла бы объяснить поведение твоего братца, а так нет ему оправдания. Он закончит плохо. Вот увидишь.

Вот за что я люблю Карину, так это за ее умение все факты разложить по полочкам и сделать верные прогнозы на будущее.

– А своего главбуха, – продолжает подруга, – шли подальше! Или, еще лучше, к Буйному.

– Шутишь что ли? – удивляюсь я.

– Абсолютно серьезно. Ты, когда фирму ему передавала, подписывала приказы об увольнениях сотрудников?

– Н-нет… ничего не подписывала.

– Пау! Пау! – ртом стреляет Карина. – Бинго! Тогда, получается, что их уволил Буйный! Пусть он им компенсацию и выплачивает. А эта твоя Валентина Андреевна пусть на него в суд подает. А мы посмотрим на этот цирк, даже попкорну закажем, чтоб повеселее было!

– Что, правда?

– Вот тебе крест! – заверяет меня Карина. – Еще раз Валюша позвонит, смело посылай ее к Артурику. Все, выдыхай. Этой проблемы у тебя не существует! А на счет работы тоже не парься.

У меня дядя тут. Любимый, между прочим. А я его любимая племянница. Я позвоню ему завтра, уверенна, что он найдет тебе местечко.

– Ох, Карин, спасибо тебе конечно, но у меня ипотека такая что… не знаю, какую зарплату надо иметь, сотку не меньше, а еще зарплату няне платить, бензин оплачивать, подгузники и еду Арсюше покупать…

– Кирюш, ты хоть в курсе, какую компанию мой дядя держит? Сотку у него рядовые сотрудники получают, а менеджеры и вовсе, под две! Так что на все тебе хватит.

Говорю же – выдыхай. Тетя Карина все сделает чики-брики!

Глава 9

Артур Буйный

Не хочу встречаться с Костей. Иду мимо гостиной, сразу в коридор и на выход из особняка. На сердце паршиво. Но если сейчас увижу сына, то будет еще хуже. Нам обоим. Нахрен ему такой отец как я не сдался!

– Папа… па-ап… – зовет меня мальчик.

Видимо увидел меня промелькнувшим у двери.

– Пап, зайди ко мне, я тебе кое-что покажу! – а мой сын настойчивый. Весь в меня! Я тоже если чего захочу, добьюсь любыми способами.

Так, а вот сейчас у меня есть выбор. Я уже в дверях. Могу претвориться глухим и свалить из дома в ночной клуб. Или могу уделить время ребенку, как умолял отец.

– Твою мать! – тихо матерюсь сквозь зубы, разворачиваясь на зов.

Перед дверью делаю глубокий вдох и задерживаю дыхание.

Вхожу.

С трудом удерживаю веки, чтобы крепко не зажмуриться.

Это – твой сын, мужик! Соберись!

Костя. Моя боль. Мой крест.