Ян (не) для Янки

Глаза прикрыты, голова приподнята к небу. Ветер беспечно играет в её волосах, а золотые лучи солнца, несмело просачиваясь сквозь листву, ласково скользят по алебастровой коже. Какого чёрта, она такая красивая? Как оголтелый убеждаю себя отвернуться, захлопнуть окно и уйти! Но сердце и разум настойчиво отказываются работать в связке. Даю себе минуту, чтобы запомнить её образ и мысленно попрощаться с ним. Навсегда. Но у судьбы на нас иные планы.

Яна открывает глаза и немного растерянно осматривается по сторонам.

Среди кучи других лиц её взгляд останавливается на Филе, а уже через мгновение девушка смело подходит к нему. Что-то говорит. Заправляет выбившуюся прядь волос за ухо. Мило улыбается.

Фил смотрит приветливо, отвечает. Смеясь, нечаянно затрагивает Яну за руку. Она не отпрыгивает. Ей это нравится! Я вижу по её глазам! По расслабленной позе! И долбанным улыбкам на лицах обоих…

Они просто говорят, но я в эту самую секунду ненавижу весь мир!

– Фил! – телефонная трубка прирастает к уху, пока взглядом продолжаю пожирать голубков.

– О, привет! – Саня с лёгкостью отвечает на вызов, а сам не сводит глаз с Яны. Интонация его голоса насмешливо непринуждённая, словно не он прямо сейчас предаёт моё доверие.

– Я принял решение! – рычу, сходя с ума то ли от ревности, то ли от обиды. Неважно.

Про себя отмечаю, что улыбка спадает с лица парня. Он чует по голосу, что я скажу дальше. Суетливо оглядывается, затем смотрит на Яну и, качнув головой, отходит в сторону.

– Не надо, Шах! – в голосе брата сквозит тревога. Интересно, за себя? За меня? Или уже за неё?

– Иначе я не смогу, Фил! – говорю прямо. – Просто не вынесу. Действуйте! Талеева должна покинуть этот город раз и навсегда!

А потом отключаюсь, с грохотом закрывая окно.

Глава 6. Даяна

Согреваемый сентябрьским солнцем воздух пропитан прелым запахом листвы и нескончаемой грустью.

Делаю глубокий вдох. Мне нужно найти себя! Перестать думать о Яне и прекратить искать причины его жестокости…

И снова вдох.

Казаться сильной и безразличной очень трудно, когда внутри всё стонет от непонимания и чужой грубости.

Моя глупая тоска и детская влюблённость в Яна тонут в бесконечном желании его забыть. Наверно, Маша права – мы разные! Теперь разные! Из обычного мальчугана по соседству Шахов превратился в избалованного и высокомерного придурка, которому не с руки общаться с обычной девушкой.