Отважная Леди

«Чем труднее победа, тем дороже любовь», – говорит народная мудрость. И Кайл свято верил, что так оно и есть. Он завоюет сердце гордой красавицы, чтобы ему ни стоило.

******

Гленна никогда не была трусихой. Она выросла в замке Лесли и любила свой дом. Пришло время вернуться в него. Столько лет прошло, а она как сейчас помнила день свадьбы и свой позор. Кайл Сазерленд Хаттон, – вот имя того, ради кого она сегодня вернулась.

Закат окрасил замок в золотистый цвет. Гленна смотрела на него и восхищалась.

Она Лесли и имеет право жить здесь. Пусть отец делает, что хочет, но больше она не испугается его гнева. Если Дуглас решил выдать ее замуж за Хаттона, пусть попробует сломить ее дух.

– Это твой дом, дорогая, – Рона взяла внучку за руку, – но помни, что ты не должна говорить, ни слова из того, что от меня узнала.

– Неужели ты не хочешь, чтобы твой сын узнал, кто дал ему жизнь? – удивилась Гленна.

– Нет, у него уже есть мать, пусть все так и останется, Эйлин не виновата, что судьба сыграла с нами злую шутку.

– Это не судьба, Рона, – вздохнула девушка, – а мой дед сыграл с вами злую шутку. И отец ничуть не лучше. Он готов выдать меня замуж за первого встречного, лишь бы ему жилось хорошо.

– И ты согласишься, сегодня с его условием, – предупредила ее колдунья.

– Не переживай, я не устрою скандал, но свадьба состоится не раньше, чем через месяц, я не собираюсь рисковать своим будущем.

Подъездной мост не был поднят, Гленна и Рона прошли по нему, после чего их без труда пропустили во двор замка.

За пять лет ничего не изменилось вокруг. Такое чувство, что она и не покидала родной дом.

В задумчивости, Гленна не услышала радостные крики. Она обернулась и оказалась в крепких объятиях матери. Силис обнимала и целовала дочь, что-то шепча в порыве радости. Гленна прижалась к матери и разрыдалась. Подняв глаза, она увидела поодаль двух юных девушек. Ее сестры стояли, смущенно опустив глаза.

Давина и Джинна стали совсем взрослыми, две юные копии красавицы-матери. Белокурые девушки с фиалковыми глазами выгладили совершенно одинаково, если бы не зеркальные родинки на скулах каждой из сестер, по которым их и различали. Давина имела родинку с левой стороны, а Джинна с правой.

– Сестренки, – Гленна подбежала к девушкам и обняла их, – вы стали совсем взрослыми. Я помню вас маленькими девочками.