Жена белого волка

Я бы здесь тоже долго не прожила. И не проживу. Туберкулез, истощение… Так обычно бывает в сырых домах, похожих на темницы? – сказала я.

Мужчина поморщился. Было видно, что мои слова задели его.

– Марго, все слишком сложно… Понимаешь, я не могу тебя представить стае, но ты нужна мне и… Это долгий разговор. И я надеюсь, что когда-нибудь смогу тебе все рассказать…

Об убийстве моего отца… Что ж. Если сложить один плюс один, то можно получить интересную картинку. Нешвилл не может меня представить стае, хотя клянется в том, что я его истинная и должна ему детей без любви и внимания.

Отлично. Но отчего такая дискриминация? Ответ напрашивается сам – стая не может принять дочь врага. А мой папочка похоже чем-то им всем насолил. Жаль, что Верес не успел рассказать больше. Именно поэтому Нешвилл решил свезти молодую, но такую нужную жену, подальше. Благородно. Ничего не скажешь.

– Пошли уже завтракать, – сказала я, все еще думая о том, что мне пришло в голову.

Похоже, в этом мире есть то, что сможет меня удержать.

Отголоски о моей семье, настоящей семье, оказавшейся совсем иной, нежели я считала прежде. И если мертв отец, то, может, жива моя мать? Возможно, я сумею ее отыскать…

Глава 8

Нешвил Блектур де Орсо и его закадычный дружок Тигран изволили пить за мое здоровье. Без меня! Я слышала, как их басовитый хохот разносится эхом по замку, и ничего не могла поделать. Я даже не могла пойти и все им испортить. Просто потому, что не знала, где они сидят. А у дверей моих покоев, словно церберы, замерли суровые “компаньонка и повар”.

У них были такие выражения на лицах, что я невольно подумала, что будь я оркодведем Васей, то, возможно, даже бы на них и не позарилась… Следовательно, правильно Нешвилл с дружком контингент в замок подобрали.

Я решила предпринять очередную попытку к тому, чтобы все-таки покинуть комнату.

– Стой… Куда идешь? – хмуро спросила меня служанка, перегораживая выход своим весьма…ээээ....пушистым и толстым телом.

Про пушистость я не придумала! Все так и было… Потому что внешностью женщина, по имени Кривелла, походила на братьев наших, от которых мы же и произошли, если верить некоему Дарвину.

– На прогулку! – честно соврала я.

– Не велено выпускать! Ну-ка! Роджер, скажи ей!

Роджер, он же повар, худой как щепка и высокий, как жердина, сурово придвинулся к своей напарнице.

– Не велено, да! – тонюсеньким голосочком пропищал мужчина.

А я поняла, что пора показывать зубы.