Подставная невеста, или Отбор с подвохом

После возмутительного разговора этим утром он был намерен во что бы то ни стало отправить девушку домой, но на балу его уверенность пошатнулась. Всего одна ее встреча с Грэгором, и появилось неуловимое чувство игры. Интригующее. Затягивающее желанием раскрыть суть мерзавки.

Хотелось снять натянутую на нее вторую кожу и посмотреть, какая Валериана внутри. Что скрывалось под лживой маской дочери герцога и какая она на самом деле? Девушка отличалась от других претенденток. Напоминала синий цветок зарии, раскрывающийся в ночи.

Невыносимая, дерзкая, даже грубая. Она раздражала. Своими словами приводила в бешенство, выводила из равновесия, намеренно демонстрировала свои колючки, действовала подобно некоторым родственникам со стороны отца и мачехи, которые не упускали возможности напомнить, кто он такой и где его место. И он повелся. Решил убрать дочь герцога с поля зрения, чтобы зря не трепать себе нервы. Но встреча с братом…

То, как с вызовом Валериана улыбнулась наследному принцу, когда Дариэн демонстративно выбрал на танец не ее, как облегченно выдохнула, покинув бальный зал, как по ее лицу скользнуло нежелание возвращаться обратно и танцевать с Грэгором, как девушка извинилась, как сбежала, как отреагировала на тени перехода…

Ему ведь не показалось? Уже второй раз Валериана смотрела именно туда, куда обычный человек даже не взглянул бы.

Первый раз в обеденном зале и теперь в парке.

Она… видела?!

И этот вопрос не давал покоя.

Дариэн смотрел на сменяющиеся картинки на стене.

Его очертания. Силуэт девушки. Попытка проверить нахалку. А потом так не вовремя появившаяся королева.

– Как ты посмел использовать ведьмову магию во дворце?! – возмутилась тогда она. – Иди и выполняй свои прямые обязанности. Или забыл, ради чего я терплю здесь твое присутствие?

– Разве это возможно забыть, когда вы неустанно об этом напоминаете, матушка, – с натянутой любезностью отозвался мужчина.

Пылающий взгляд карих глаз.

Неприкрытая неприязнь на лице королевы. Она редко упускала возможность напомнить, кем он является в этой семье, однако сейчас сдержалась, не стала.

– Его заждались невесты, – более миролюбиво произнесла Розалия и, больше не сказав ни слова, удалилась первой.

Дариэн прикрыл глаза, выныривая из воспоминаний. А тени все еще плясали. Он чувствовал их движение, мог безошибочно определить, в каком месте они темнее, однако не давал им полной воли.