Амелия и «Книга власти»

 – Вот и тебя, похоже, за это же привлекли.

– Ну тех же, кто нарушает порядок, сажают в тюрьму? Разве нет?! – просительно заглядывая в лицо Кайры, продолжала я вытаскивать из нее сведения.

Кайра хмыкнула.

– Вот еще! В тюрьме содержать надо. Кормить, охранять. А так продали, и с плеч долой проблема. Пусть хозяева заботятся.

– Ну так от хозяина можно ж сбежать? – не унималась я.

– С браслетом далеко не убежишь. Поймают и сразу на рудники или в шахты.

Она задрала рукав и потрясла грубо сделанным подобием украшения.

Тебе тоже такой дадут. Просто тебя привезли с ошейником, как диковинную зверюшку, и не стали государственный металл тратить.

Перспектива вырисовывалась настолько безрадостная, что я окончательно пала духом.

Выходит, что жизнь моя бесславно закончится, не успев начаться… Я хотела заплакать от жалости к себе, но Кайра отвлекла.

– Я посплю, а ты посторожи, чтоб эти шакалихи меня не закололи какой-нибудь шпилькой. А то они с беззащитными лихо расправляются.

Моя защитница улеглась на тюфяк, в видимым удовольствием вытянув ноги.

То, что она мне доверилась, дорогого стоило. На душе немного потеплело. Хорошо, что есть кто-то, кто считает тебя близким.

Кайра поспала совсем немного. Или обстановка давила, или же ее организму нужно было столько.

– Теперь твоя очередь, – она похлопала по тюфяку рукой. – Завтра тяжёлый день.

Я послушно свернулась калачиком, но какой там сон! В голове, теснясь и толкаясь, мысли требовали моего внимания. Прямо как зазывалы на ярмарке.

"Эй! Не проходи мимо! Подумай меня первой! Я же очень важная!"

Но в моей ещё недавно совершенно пустой голове кто-то отключил функцию "думать". Единственное, что ей под силу было, это жалеть себя. Чувство безысходности, засасывающее в темную бездну, парализовало, лишало воли и всяких желаний. Хотелось просто закрыть глаза и не проснуться.

Очевидно, я слишком тяжко вздохнула, потому что Кайра поняла, что я не сплю.

– Ты чего?!

– У меня не получается. Какой тут сон, если проснешься, а ты уже рабыня!

– Рабыня не покойник.

К тому же, у чуда всегда есть шанс. Малюсенький. Но есть. И надо всегда быть на чеку, чтоб его разглядеть и воспользоваться.

Она легонько щёлкнула меня по носу.

Я не знаю, есть ли у меня семья, но в Кайре я почувствовала родную душу.

И хотя я решительно не представляла, как может выглядеть этот шанс, ее слова меня убаюкали.

Даже луна, с холодной насмешливостью заглядывавшая в узкое окошко, уже не пугала.