Баллада об озере Правды

– Ты уверена, что хочешь взять её с собой? – спрашивает Диона, недоверчивым взглядом наблюдая за тщетными попытками Эмрис сильнее натянуть стремена. Серые взъерошенные волосы делали её похожей на нахохлившегося воробья.

– Она мой фамильяр, – с нежностью смотря на Эмрис, отвечает Карлетт. – Я в ответе за неё. К тому же будет лучше, если в дороге я буду не одна.

– Ты права, – Диона улыбается мягкой, искренней улыбкой, заглядывая дочери в глаза. – Отец бы тобой гордился.

* * *

Ночной лес шумит. Листья шепчутся друг с другом, как игривые светские сплетницы.

Трава и ветки под ногами лошадей скрипят и трескаются от каждого шага в темноту. Накидка не спасает от холодного, влажного ветра, пропитанного запахом хвои и лесных ягод. Вечерний дождь размыл дорогу, и копыта лошадей теперь тонут в противно хлюпающей грязи. Карлетт сильнее натягивает капюшон и поправляет сумку. Склянки с зельями и отварами звонко ударяются друг об друга.

– Вы уверены, Моя Шерон? – Эмрис одёргивает лямку походной сумки на плече.

 – Ещё не поздно вернуться.

– Да, мышка, я уверена, – заверяет Карлетт и смотрит на своего фамильяра. Эмрис вся дрожит и стучит зубами от холода. – Иди сюда.

Ведьма стопорит лошадь и снимает с пояса небольшую пузатую склянку с мутно-голубоватой жидкостью. Фамильяр недоверчиво смотрит за тем, как Карлетт, снимая перчатку, капает на кончик указательного пальца маленькую каплю. Она трёт зелье между пальцев, согревая его. Эмрис наклоняется, чтобы ведьме было удобнее втереть зелье в ямочку под самым ухом.

Кожу холодит и слегка щиплет, а через мгновение по телу проносится волна тепла. Дрожь унимается.

– Спасибо, Моя Шер… – Эмрис обрывается на полуслове, видя недобрый взгляд ведьмы. – Простите. Спасибо, Карлетт.

Карлетт улыбается и кивает головой в сторону. Они продолжают путь по лесной дороге. Чавкающие звуки разбивают романтику ночного леса. Из глубины чащи доносится стрёкот сверчков и уханье совы. Растущая луна, пробиваясь сквозь переплетения листьев и хвойных иголок, освещает лес и дорогу голубоватым свечением.

Обгоняя друг друга и кружась между веток в своеобразном танце, два маленьких светлячка рисуют жёлтой краской узоры на тёмно-сапфировом полотне леса.

– Если судить по карте, – говорит Эмрис. – То до Иршина мы доедем только к утру.

– Это и лучше, – отвечает Карлетт. Конь под ней фыркает. – Остановимся в местном гостевом дворе. И лошади отдохнут, и мы обдумаем дальнейший путь.

Эмрис кивает.