Любовница бури

– Плохо, – сказала она, – жаль, что ты, дуреха, вела в Париже такой пуританский образ жизни, пока мы наслаждались всеми ее удовольствиями. Не было бы так обидно теперь ложиться под уродливого фрицевского монстра…

– Да не собираюсь я под него ложиться, – раздраженно перебила Поль, залившись краской до кончиков ушей. Она сама загнала себя в тупик, утаивая ценную информацию от Кэт, богатая и довольно развращенная фантазия которой тут же начала генерировать идеи, одна, страшнее другой.

– Вряд ли тебя кто-то спросит, – трагично протянула та, – если уже… начались… подачки. Но я могу тебя подготовить, чтобы это было для тебя не так… шокирующе.

– Господи, да угомонись ты, женщина! – чуть не вскрикнула Поль и вовремя зажала себе рот рукой.

И в этот момент произошло что-то странное – освещение на периметре мигнуло и погасло, погрузив лагерь в полную темноту. Сразу же тревожно завыла сирена и у административного блока засуетились люди.

Кэтрин ошарашено огляделась.

– Что это?! – пробормотала она, – бомбежка? Слышишь что-нибудь?

Поль покачала головой и нащупала в темноте теплую и влажную ладонь девушки, переплела ее пальцы со своими. Вместе не так страшно.

Они двинулись обратно к дырке в стене и перед тем, как погрузиться в душный спертый воздух барака, Поль зачем-то бросила последний взгляд назад, на освещенный фонарями обеспокоенно шнырявших немцев административный блок. У дверей стоял Монстр, и словно смотрел именно на нее, сквозь темноту и разделявшее их расстояние.

Смотрел, прямо ей в душу.

И Поль не нужно было читать его мысли, чтобы догадаться, что он сразу связал случившийся перебой в энергоснабжении с пробуждавшимися мистическими силами девушки. Поль и сама не сомневалась, что вызвала это… каким-то образом. Было страшно. И азартно одновременно.

Глава десятая.

Фреджене, апрель 1959г.

Француз не явился до ужина, и Поль оставалось только догадываться какие дела могли задержать его в поселке.

С одной стороны девушка уже успела почувствовать первые тревожные звоночки беспокойства за старого друга, с другой – радовалась, что сомнительной радости факт знакомства бывшего сопротивленца и нациста откладывался еще на некоторое время. Да и Рудольф в отсутствии бородача немного расслабился и перестал бросать на Поль недоверчивые многозначительные взгляды.