Чужое лицо Таис. Три части

– Одно дело, когда ты сама видела ведьму и могла хоть что-то понять… Но как мы можем контролировать видения ребенка!

Тогда мне пришла в голову мысль, и я предложила:

– Может быть, я снова смогу увидеть ведьму! Сяду рядом с Анечкой, послежу за ее сном, мне ведь уже привычно не спать ночью! Я уверена, что когда она спит спокойно, то не видит никаких снов. А когда начинает плакать – значит ведьма около нее. Этой ночью я видела край сатанинского савана и клочья тумана!

Алеша пытался рассуждать логически, если можно допустить хоть какую-то логику в нашей ситуации.

– Я бы не утверждал так уверенно насчет твоего бодрствования, ты видела, как ведьма схватила Анечку, но это было в глубоком сне. Видимо, в ту ночь ваши видения с дочкой пересеклись! После этого утром Анечка заговорила, пережив сильный стресс, она забыла свой птичий язык… Может быть, сегодня ночью тебе лечь, обняв Анечку, и уснуть, и тогда тебе удастся увидеть то, что видит дочка во сне? А я рядом с вами не буду спать и возьму клинок со стены.

Один раз вышло справиться с ней, может, еще раз получится?

Мы перенесли тихонько Анечку в нашу спальню. Она даже не проснулась, улыбаясь во сне. Положили ее на нашу постель, я легла рядом и крепко обняла дочку. Алексей взял клинок и прилег с краю… Рядом с Лешей я обычно ощущала себя спокойно, но этой ночью страх цепко стискивал мою душу. В своей руке я тихонько сжимала дочкину руку, на которой оставила метку ведьма.

Закрыв глаза, я пыталась уснуть, но мысли не давали мне забыться. Сколько же раз это ужасное существо приходило к нашей девочке? И зачем она делает свои мерзкие уколы? Я открыла глаза и посмотрела на мужа, и вдруг посредине комнаты возникла фигура…

Луна полно светила в окно, туман мгновенно заполнил всю комнату. И сквозь его белую пелену я увидела высокого могучего мужчину в черном плаще. Лицо его было скрыто капюшоном, он стоял в двух шагах от нас с Анечкой, я привстала, прикрывая собою дочку и, в смятении озираясь, искала Алексея.

Его нигде не было, и тогда я поняла, что нахожусь одна в своем видении, и сама должна защищать своего ребенка. Мне захотелось кричать, но голоса не было…

А неведомый гость, освещенный загадочным зеленоватым светом, медленно снял капюшон и посмотрел прямо на меня. Его лицо было изрезано глубокими морщинами, седые волосы лежали на плечах.