Причина остаться

Пару раз в месяц, зашиваясь на работе, она приглашала домработницу, милую круглолицую мексиканку, которая без умолку щебетала на испанском, заодно помогая мне выучить дюжину новых слов за раз. Но мне самой ничего не стоило приготовить нам ужин или протереть пыль. Потом мы переехали в новую огромную квартиру, где домашними делами занимался целый штат специально нанятых для этого людей, и я немного разленилась, хотя от работы все равно увиливать не стала бы, будь в ней необходимость. Но, как выяснилось, уход за большим домом в сельской местности – не то же самое, что уборка квартиры в городе.

Разумеется, посудомоечной машины, робота-пылесоса и автоматической сушилки для белья тут и в помине не было. Только две мои руки, указания мистера Хейза, который без стеснения эксплуатировал меня на всю катушку, и Аксель, который нисколько не желал облегчить мне жизнь. Поэтому, закончив со стиркой (к счастью, старенькая машинка все же имелась) и развесив белье на натянутых прямо у огорода за домом веревках – можете себе такое представить? – я едва не валилась с ног, хотя солнце еще стояло высоко в небе, пусть и подернутое серыми курчавыми облаками.

Я до сих пор не успела зайти к Анне на кофе и подумывала позвонить ей и перенести визит, чтобы лечь спать пораньше.

Сэм легко согласился помочь мне с машиной и в итоге сделал все сам: взял старый грузовичок матери, позвал с собой Шона, не обращая внимания на мои протесты, забрал ключи и отправился в город без меня. Спустя час они пригнали «Додж» на буксире к ферме.

– Я пытался починить его прямо на парковке, но ничего не вышло, – сказал Сэм, подходя к террасе. – Посмотрю завтра, если ты не против. Скоро начнется гроза.

– Спасибо вам, – благодарность вышла больше похожей на усталое бормотание.

Какая еще, к черту, гроза?

Воздух на улице был влажным, неподвижным и до того душным, что за последние три часа я дважды принимала душ.

Теперь я понимала страсть Эрни к купанию в открытой воде: хотелось снова спуститься к реке и на этот раз нырнуть с головой.

Но я не умела плавать и потому боялась глубины и течения. К тому же у меня и купальника-то не было, так что пришлось отказаться от этой затеи.

Никаких признаков приближающейся грозы я не замечала. Представив, что теперь мне предстоит снимать все свежевыстиранные вещи и простыни и искать место в доме, чтобы их развесить, я обессиленно рухнула на скамью.

– Пойдем к нам? – в который раз настойчиво позвал меня Сэм.

– Прости, Сэм, у меня еще уйма дел.