Никогда не сдавайся

Мой отец никогда не считался тираном, даже напротив. Но я не хотела рассказывать ему о том, что произошло, потому что прекрасно понимала: он наверняка увидит глупость моих поступков, и обязательно заметит, что я что-то недоговариваю.

Ему удивительным образом удавалось вывести меня на чистую воду, и поэтому я обещала себе никогда ему не врать. Поэтому даже недоговаривать было сложно для меня. Я видела, что не просчитала ситуацию до конца, не учла все возможные варианты, и сначала отдалённые и маловажные факторы, явились важнейшими и влияющими на мою жизнь; а главное, я не увидела катализатор моей безвольности – мистера Фабиана Лина Бойла.

Мы с отцом очень походили друг на друга, что внешне, что по характеру, и поэтому я старалась равняться на него во всём. Но я оставалась женщиной, пусть и порой ненавидела себя за то, что родилась девочкой. К моему сожалению, я не могла отрицать, что восхищалась Фабианом гораздо больше, чем хотела, и даже то, что он сидел рядом со мной, внимательно читая газету, заставляло моё сердце биться гораздо сильнее.

– Если вы устали, мисс Грин, можете поспать, нам лететь ещё не меньше шести часов. Мы будем в Лондоне около полудня, и нам предстоит множество дел. Нам не оказаться в гостинице раньше девяти вечера, – улыбнулся Фабиан так, что моё сердце тут же затрепетало. Но я не могла себе позволить таких излишеств и, отхлестав себя мысленно по щекам, призналась, что должна приложить все силы и всю волю, чтобы перестать видеть в своём боссе объект вожделения и млеть от каждого его доброго слова в мой адрес.

– Спасибо большое, мистер Бойл, но я прекрасно себя чувствую, – улыбнулась как можно приветливее я и поправила волосы, заправляя выбившиеся пряди за ухо и перебрасывая на правую сторону.

– Я же вижу, вы устали, поспите, я не буду вам мешать, – настаивал Фабиан.

И в тот момент, как я решила вновь отклонить такое щедрое предложение, он положил руку поверх моей, той, что теребила подол платья, так что оно стало жёваным, и вряд ли я смогу запросто расправить его без помощи утюга.

Его руки оказались холодными, и приятная прохлада окутала моё тело почти сразу. Я глубоко вздохнула и прикрыла глаза. Нет, дело совсем не в эротике, но я не была уверена в том, что он осмелится прикоснуться ко мне. Весь день, что мы находились вместе, несмотря на всю доброту и заботу, которую он проявлял каждый раз, когда требовалось и когда нет, я отметила, что он ни разу не коснулся меня.