Сказания Меекханского пограничья. Каждая мертвая мечта

– А какую бы ты заплатил цену?

Его взгляд, даже затуманенный слезами, сделался жестким.

– Она того стоила бы. Знаешь, как я чувствовал себя на пляже, когда рассказывал тебе историю Варалы и послал во дворец? Я не сомневался, что ты погибнешь. Что я обрек тебя на смерть. И я не мог ничего изменить, потому что должен был… оказаться в другом месте.

Она не спросила, где именно и что он должен был там делать. Если он не сказал об этом до сих пор – то не скажет и сейчас. Может, когда-нибудь, когда придут дни поспокойней.

– Ты должен был?

– Да.

– Значит – все в порядке.

Он покачал головой.

– Нет. Не в порядке.

– Почему?

– Потому что я не могу… не могу войти в Дом Женщин. Я пытался, но эти служанки с оружием меня прогнали.

Вот ведь. Она об этом не подумала. Как же он себя чувствовал, когда ему запретили входить в комнаты, в которые он как личный махаут имел право наведываться без малейших проблем? Думал ли, что это потому, что его считают трусом и предателем?

– Значит, потому-то ты и спрятался среди других махаутов?

– Да.

– Но ты ведь знаешь, что Дом Женщин закрыт для мужчин?

– Так говорили те служанки.

Ну, теперь она могла отыграться за «светлейшую госпожу».

– Знаешь, – начала она невинно. – У меня есть мысль. Мы переоденем тебя девочкой и проведем контрабандой.

Он мило покраснел.

– Ну, не румянься. У тебя милое личико, красивые ресницы, я тебе уже говорила, что завидую твоим ресницам? Ну, значит, говорю сейчас.

А за такие губы… э-э-эй! Внимательней, а не то мы кого-нибудь растопчем, – засмеялась она, хватаясь за лежанку.

А Маахир, почувствовав, что его махаут утратил сосредоточенность, совершенно спокойно направился к загонам, отчаянно трубя. Другие слоны сразу же ему ответили, и на некоторое время воздух наполнился звуками приветствий серых гигантов.

* * *

– Вести переговоры?

– А что мы могли сделать?

Отвечать императору вопросом на вопрос – верх глупости, но, проклятие, ему уже было все равно.

Его карьера, похоже, в любом случае закончилась: если уж император планировал очередную чистку, то не начнет с самого верха, не обратится против Первой и Второй Крысы.

– Что мы могли сделать, ваше величество? – повторил Гентрелл, вытягиваясь в струнку еще сильнее. – У нас ограниченные средства. Половина армии стережет восточный рубеж, дивизии на юго-западе нужно держать в готовности на случай, если ухудшится ситуация в Понкее-Лаа.