Сказания Меекханского пограничья. Восток – Запад

– Прекрасно. А пятое?

– Даже самый быстрый конь не перегонит стрелу, – процитировал тот.

Его командир кивнул и улыбнулся. На молодого офицера это подействовало словно котелок кипящего масла, вылитый за шиворот. Казалось, что он вот-вот потеряет сознание.

– Дай-ка я догадаюсь. – Генерал Аберлен-гон-Саве почесал голову. – Вы, лейтенант, решили, что возьмете их живьем, а потому запретили стрелять. А они водили вас за нос, как хотели, и, пожелай они кинуться в пропасть, твоя полухоругвь последовала бы за ними.

Верно? Нет. Не отвечайте, это не был вопрос. Вы правда полагали, что чаардан генерала Ласкольника даст вам проглотить себя, словно плотвичка – щуке? Эх. Кони-то у вас разогреты? – спросил он внезапно.

– Так точно, господин генерал.

– Выбери троих самых быстрых наездников в отряде. Пусть снимут все, что их отягощает: сабли, копья, щиты, луки и колчаны. Шлемы – тоже. У второй хоругви будет шанс отыграться на этих… – миг он искал должное определение, – степных бандитах.

Ласкольник кисло улыбнулся и покачал головой, словно раздосадованный.

Потом встал в стороне и, сложив на груди руки, глядел, как генерал тщательно осматривает его людей. Наконец, внимание офицера привлекла темноволосая девушка, а скорее – ее конь, мышастый, низкий и коротконогий, выглядящий одним из северных коньков, что не слишком-то крупнее обычного пони. Животинка шла с опущенной головой, тяжело дыша.

– Любого? – удостоверился командир полка.

– Любого, – подтвердил Ласкольник.

– Вот, – генерал ткнул в мышастого конька.

 – Два круга.

Седовласый скривился и возразил:

– Это не слишком удачный выбор.

– Ты сказал: любого.

– Именно так.

– Ну так пусть твоя дикарка готовится.

Ласкольник пожал плечами и пошел к девушке. Та склонилась в седле, чтоб лучше его слышать, и некоторое время они разговаривали. Было видно, что она не слишком довольна сказанным им, покачала головой, совершила некий сложный жест левой ладонью, наконец, пожала плечами. Кха-дар похлопал ее конька по шее и снова направился в сторону генерала.

К тому как раз подошел капитан несчастливой хоругви. Сопровождала его лучница – вся перемазанная сажей.

Кайлеан стояла чуть в стороне и смотрела, как капитан рапортует командиру полка. Собственно, он мало что мог сказать, но и этих нескольких коротких фраз было больше, чем хотелось бы ему из себя выдавить, не будь такой необходимости.

Трава сбоку зашелестела, и подле Кайлеан встал маг хоругви.