Безобразная Эйвион, или Сон разума

Ей-богу, там с года Основания никто не прибирался, такая пылища, что жуть. Но было уже поздно, и я…

– Хм…

– Она на древнем языке, мейстер! Помните, вы говорили, что таких уже не осталось?

Рука монаха едва заметно дрогнула.

– О, боги… ты читал её?

– Да, – радостно сообщил послушник. – В наших молитвах много слов на древнем языке, я помню их все! Я даже не думал, что мне так быстро удастся разобраться в этих письменах. Они похожи на наши, только некоторые буквы произносятся не так, как пишутся, а другие вообще непонятно, что значат.

Но я понял почти всё! А помните, вы рассказывали про прекрасную принцессу Гвендолин, которую первые корны сожгли на костре? – едва не захлёбываясь от восторга, продолжил Феон. – Там написано про неё…

– Глупец… – прошипел отец Адельм, заставив послушника испуганно замолчать. – Уметь читать – не значит понимать.

Монах с опаской приблизился к столу, и, лишь мельком заглянув в открытую книгу, захлопнул её. Затем обернул валявшейся тут же рогожей, и принялся засовывать в складки своего необъятного одеяния.

Замер, задумавшись.

– А там было… что-то вроде заклинания? – тихо спросил он.

– Да. Когда Айрон Добрый призвал…

Монах поднял руку.

– Замолчи.

Феон дёрнулся, решив было, что сейчас схлопочет подзатыльник, но бешеное любопытство, светившееся в его глазах, видимо, пересилило страх.

– Мейстер, – шмыгая и вытирая нос рукавом, пробормотал он, – а можно оставить мне её хотя бы на эту ночь? Я очень хотел бы дочитать про ту принцессу. Очень хочется узнать, как она возродится…

– Глупец, – безнадежно повторил монах.

 – Молись богам, чтобы этого не произошло…

Он развернулся, взметнув подолом рясы, и шагнул под дождь. Остановился, и глянул через плечо.

– А если по твоему недомыслию это уже случилось, молись, чтобы ненароком не оказаться у неё на пути.

Фигура отца Адельма растаяла в темноте. Феон, не понимая, стоял посреди кельи.

Книга первая. Госпожа Ллир

Глава 1. Эйвион

– Это случилось в год Красной Шали, милые мои.

Старуха задумчиво пожевала губами и продолжила:

– Тогда, помнится, весь скот в Дарме вымер. И не только скот: жену Бадара на четвёртый день нашли. Она коз своих искать отправилась, да и сгинула. А выловили её в топях, с дырой в груди. Как её в те места гиблые занесло, непонятно.

– Что за дыра, бабушка?

– Неведомо. Я сама тогда маленькая была, знаю только то, что рассказывали. Говорили: дыра чёрная, словно выжженная, с кулак размером.