МИФЫ. Великолепный МИФ

    Полковник Трэвис, митинг-накачка в Аламо

На третью ночь после отбытия из столицы Поссилтума мы разбили лагерь на небольшом холме вблизи главного тракта королевства, идущего в направлении север–юг.

На самом-то деле о движении «север–юг» можно говорить здесь с большой натяжкой. За три дня пути единственным устремлением на север, замеченным нами на этой полоске утрамбованного грунта, было наше собственное. Скудость людского потока на север была особенно заметна в сравнении с множеством людей, тянувшихся в противоположном направлении.

По пути на север мы постоянно встречали мелкие группы и семьи, неуклонно пробирающиеся к столице неспешным и все же проглатывающим расстояния шагом, свойственным тем, кто привык путешествовать исключительно на своих двоих. Они не казались особенно напуганными или охваченными паникой, но две общие характерные черты показывали, что путешествие их не случайно.

Во-первых, несомое ими огромное количество личного имущества намного превосходило все требующееся для простого паломничества.

То связанное в неуклюжие заплечные узлы, то нагруженное на маленькие ручные тележки, это барахло ясно показывало, что путешествующие на юг тащили все, что могли унести или уволочь.

Во-вторых, никто из этих людей не обращал на нас внимания – один-другой мимолетный взгляд, и все. Это наблюдение заслуживало даже большего внимания, чем первое.

К этому моменту наш отряд насчитывал троих: меня, Ааза и Глипа. Лютика мы, к большому негодованию Ааза, оставили во дворце.

Ааз предпочел бы оставить Глипа и захватить Лютика, но королевский указ по этому вопросу был тверд. Дракон не должен оставаться во дворце, если не останутся те, кто может его укрощать, хотя бы один из нас. В результате мы путешествовали втроем: юнец, дракон и ворчащий демон – зрелище не совсем обычное в этих или любых других краях. Однако хлынувшие на юг крестьяне едва нас замечали, если не считать того, что торопились убраться с дороги, давая нам пройти.

По мнению Ааза, то, от чего они бежали, вселяло в них такой страх, что они не видели почти ничего и никого на своем пути. Далее, он полагал, что побуждающей силой для такого исхода могла быть только та самая армия, против которой мы и выступили в поход.

Чтобы доказать его правоту, мы попытались расспросить несколько встреченных нами групп. И бросили эту затею после первого же дня по причине единообразия полученных нами ответов.