Чаша Ваала

Женщины – змеи медленно преобразились в чудовищных гадюк; они, дергаясь, начали двигаться вперед, и из их клыков капал яд.

О’Брайен услышал звонкий металлический щелчок. Он невольно нажал на затвор аппарата, и этот звук нарушил гипнотическое очарование, охватившее его. В его затуманенном сознании промелькнула мысль: то, что он видит, не отразится на снимке, значит, оно не может быть реально.

Кошмарная иллюзия перед его глазами рассеялась, как яркий цветной сон в момент пробуждения. Красный туман растворился и исчез.

Исчезли боги и чудовища-змеи, исчез даже иллюзорный огненный круг. Величественная жрица стояла рядом с мертвым козлом, а за ней женщины-змеи и воины.

О’Брайен вспотел. Реакция на исчезновение галлюцинаций была такой неожиданной и сильной, что он разразился смехом.

– Привет от колдуньи, верно? – вслух спросил он.

Его смех и непонятные слова заставили всю группу отступить – всех, кроме величественной женщины. Она на мгновение замолчала, потом тихо позвала, не отрывая от него взгляда.

Два мечника в черных одеяниях отступили и бросились вниз по лестнице. Колдунья посмотрела на солнце и начала чистым, похожим на звон колокольчиков голосом песнь во славу Ваала.

О’Брайен приготовился сделать третий снимок, в то же время отступая к самолету. Мечники могли уйти за подкреплением. Американец готов был прыгнуть в кабину, если появится толпа копьеносцев и лучников. В то же время он напрягал ум, пытаясь найти способ доказать этим суеверным людям свое дружелюбие.

Ему не приходило в голову, что его враждебность объясняется его летным шлемом. Его слишком занимала колдунья и ее приближенные, чтобы он вспомнил, что носит капюшон с летными очками.

Прошло несколько минут, жрица продолжала обращаться к Ваалу. Наконец над уровнем крыши показались головы двух вернувшихся мечников. Они торопливо поднялись по лестнице, таща между собой стройную молодую девушку. Она в простом платье из белого льна с голубой оборкой, ее черные блестящие волоса опускаются спутанными прядями ниже колен.

На лбу у нее золотая лента; впереди солнечный взрыв больших рубинов на полумесяце из не менее великолепных сапфиров.

О’Брайен задумался о взаимоотношениях этой девушки и колдуньи и неожиданно понял. Рубиновое солнце символизирует Ваала, бога дня; сапфировый полумесяц – знак Иштар, богини Луны. Носительница этой короны не кто иная, как Истара, чье послание-молитву Ваалу он снял с ноги сокола.