Наследница древних магов

Она двигалась на нем, осыпая его шею и плечи поцелуями, наслаждаясь каждым его толчком внутри себя.

– Не так быстро, любовь моя, – услышала она его страстный шепот, – иначе ты рискуешь остаться неудовлетворенной.

Алрой просунул руку между их телами, несколько нажатий на клитор и Карина со стоном упала на его грудь. Он перевернул ее на спину лег сверху, и задвигался в ней, усилив толчки, приближая себя к долгожданной развязке.

– Я люблю тебя, – она погладила его по волосам, – никогда не переставала любить. Ты не представляешь, сколько я пролила слез, думая, что ты умер.

– Самые страшные преграды уже рухнули, любимая, – улыбнулся он, – остальное мы преодолеем вместе.

– Я не хочу уезжать от тебя, но и остаться сейчас тоже не могу.

– Я знаю, – он оставил легкий поцелуй на ее губах, – мы что-нибудь придумаем.

Алрой встал с дивана, подхватил Карину на руки и отнес ее в душ.

Они не спеша оделись, за окном опускались сумерки, пора было отправляться в парк и узнать, кто еще из их мира смог попасть сюда.

В свете заходящего солнца Эстель крутила кулон, но ничего не происходило. Отец сказал, что надо повернуть рубин к солнцу, сейчас солнечный свет, как раз проходит через него, тогда почему он не работает? Может быть, надо это проделать днем и сейчас просто недостаточно света?

Эстель и Ким слишком долго просидели в интернете, ища фотографии молодой леди Стэнли, а когда вспомнили про рубин, день уже клонился к закату.

– Завтра попробуешь, – пресекла Ким бесполезные попытки подруги, – нам пора в Центральный парк, а потом, возможно в клуб.

– Почему Колман сказал, что надо повернуть его к свету?

– Спроси у него при встрече, – Ким взяла подругу за руку и направилась к выходу, – если рубин принадлежал ему, значит, он знает о его силе.

– Мне еще все это кажется дурным сном, – призналась Эстель.

Девушки вышли из квартиры и направились в Центральный парк, который находился от них всего в паре кварталов.

Было достаточно прохладно и не многолюдно, мимо них прошло всего несколько человек, не вызывавших особых подозрений.

– Мы ищем непонятно кого, – пожаловалась Ким, плотнее кутаясь в тонкую куртку.

– Этот человек должен сам меня найти, он знал мой номер, чтобы отправить сообщение, а значит, он знает меня, – ответила Эстель, оглядываясь по сторонам.

Неожиданно сильная головная боль пронзила ее, в глазах потемнело, и она погрузилась во тьму.